Общие вопросы и тенденции
Общие вопросы и тенденции
Третья сила

В нынешней сложнейшей геополитической ситуации проведение правильной внешней политики для России ничуть не менее важно, чем восстановление экономики и социальной сферы.

Автор данной статьи категорически не согласен с чрезвычайно распространенными у нас тезисами о том, что в 90-е гг. Россия «стояла на коленях» и «пресмыкалась» перед Западом. Во-первых, руководство РФ в начале 90-х получило от руководства ушедшего СССР такую экономическую катастрофу, что внешнеполитические возможности страны были близки к нулю (особенно в совокупности с крайне низкими ценами на нефть и крахом общих ВС СССР). На самом деле, при Ельцине Москва на международной арене вела себя гораздо более самостоятельно, чем объективно позволяли ее тогдашние возможности. Во-вторых, как руководство страны, так и очень значительная часть ее населения в ту пору находились в состоянии, говоря языком юристов, «добросовестного заблуждения». Существовала искренняя уверенность в том, что, сбросив власть КПСС, мы стали частью «цивилизованного мира», под которым подразумевался только и исключительно Запад. Считалось, что этот самый Запад теперь примет нас с распростертыми объятиями, после чего Россия станет то ли «вице-президентом мира» при «президенте США», то ли третьим столпом «Большого Запада» наряду с США и ЕС.

Уже во второй половине 90-х иллюзии по этому поводу в значительной степени прошли, еще при Ельцине мы успели очень сильно поссориться с Западом (в первую очередь – на почве Югославии и Чечни). Сейчас, по прошествии четверти века после распада СССР, совершенно очевидно, что Запад не примет нас «в себя» ни на каких условиях, даже на своих и даже по частям. Дружба с США на равных совершенно невозможна, поскольку для Вашингтона с его военной и экономической мощью и фанатичной мессианской идеологией равных не бывает в принципе (может быть, эта ситуация когда-то изменится, но не при нашей жизни). Что касается Европы, то недавний Brexit подтвердил очевидное: стремиться сейчас в ЕС – это примерно то же, что подавать заявление о вступлении в КПСС 15 августа 1991 г. Почему с Европой случилась такая беда – совершенно отдельная тема, но рваться туда сейчас могут только полные аутсайдеры типа Молдавии, Албании и Украины. Поэтому, кстати, достаточно бессмысленны старания Москвы оторвать Европу от США. Во-первых, чем сильнее мы давим на Европу, тем сильнее она жмется к Вашингтону, ибо он для нее свой, а Москва – чужая. Во-вторых, нынешняя Европа совершенно безопасна как противник, но и совершенно бесполезна как союзник.

Многократно провозглашенный Москвой «поворот на Восток» был бы вещью совершенно правильной, если бы эти декларации соответствовали реальности. До сих пор, к сожалению, все эти «повороты», включая и нынешний, совершались исключительно в контексте ссор с Западом и, на самом деле, представляли собой призыв к Западу «одуматься». Как было сказано выше, Запад «одумываться» не собирается, а поворачиваться на Восток надо не потому, что мы поссорились с Западом, а потому, что за Востоком – будущее.

Кроме того, что не менее важно, поворот на Восток ни в коем случае не должен подразумевать капитуляцию перед Китаем. Последние два года полностью подтвердили то, что объективному наблюдателю было прекрасно понятно и раньше: «стратегическое партнерство» и «беспрецедентно хорошие отношения» Москвы и Пекина – не более чем пропагандистская риторика. Ни в политике (в частности – по Крыму, Украине и Сирии), ни в экономике Москва не получила от Пекина никакой поддержки, поскольку это не соответствует интересам КНР. Российские и китайские интересы совпадают лишь по очень узкому кругу вопросов, причем чем дальше, тем уже будет этот круг. Глобальные державы, к каковым сейчас относятся США, КНР и РФ, дружить могут лишь ситуативно по отдельным вопросам, в целом же их отношения будут по определению конкурентными и хорошо, если не прямо враждебными. От «китайских иллюзий» надо избавляться не менее решительно, чем от иллюзий западных. 

Отношения между Вашингтоном и Пекином, разумеется, сильно отличаются от «холодной войны» между США и СССР. Сегодня США и КНР очень сильно связаны экономически (торговля между США и СССР была почти на нуле), при этом между ними нет идеологического противостояния: китайский «коммунизм» является абсолютной фикцией, реальный китайский капитализм гораздо жестче, чем в любой европейской стране. Однако глобальная политическая, экономическая и военная конкуренция между этими странами в любом случае будет лишь нарастать просто потому, что такова суть отношений глобальных держав. Именно этим должна пользоваться Москва. 

При этом необходимо решительно и навсегда отказаться от идеи дружить с США/Китаем против Китая/США, ибо подобная дружба неизбежно и достаточно скоро выльется в войну США/Китая против Китая/США до последнего русского. Нам надо становиться «третьей силой», отдавая себе отчет в том, что по экономической мощи мы в обозримом будущем не можем сравниться ни с США, ни с Китаем, а вот по военной мощи практически не уступаем ни тем, ни другим уже сейчас. Соответственно, ВС РФ и ее ВПК – это наши главные конкурентные преимущества в современной ситуации, которые надо еще более укреплять и максимально активно использовать в самых различных вариантах. Военная мощь и готовность ее применить, а также производство современных вооружений для себя и потенциальных союзников должны стать основой российской внешней политики, стесняться тут абсолютно нечего (особенно учитывая тот факт, что самая высокотехнологичная и наукоемкая продукция – это именно оружие и боевая техника). 

На постсоветском пространстве нашими союзниками могут быть лишь страны-члены ОДКБ, да и с некоторыми из них могут возникнуть немалые проблемы. Что касается дальнего зарубежья, то, если мы хотим стать «третьей силой», нужно создать реальный стратегический союз с «четвертой силой», т.е. с Индией, ближайшей претенденткой на роль еще одной глобальной державы (больше таких стран в мире сейчас нет). Для этого есть практически всё – давние традиции прочной дружбы, тесные связи в сфере ВТС, мощь ВС Индии, отсутствие явных противоречий. Только надо срочно прекратить навязывать Индии дружбу с Китаем, а четко обозначить отношения с Дели как совершенно самостоятельные и абсолютно эксклюзивные. Другим важнейшим стратегическим союзником России могла бы стать объединенная мирным путем Корея, освобожденная от американского и китайского влияния. Москва должна активнейшим образом работать над тем, чтобы такая страна появилась, добиваясь окончательного выхода Пхеньяна из-под влияния Пекина (это уже почти произошло) и проведения им более умеренной внешней политики, одновременно объясняя Сеулу выгоды паритетного варианта объединения. Увы, Москва не только не использует своего преимущества хороших отношений с обеими Кореями, но совершает грубейшую ошибку, подыгрывая американо-китайскому заговору против Пхеньяна и голосуя за санкции против КНДР.

В сложнейшем регионе Ближнего и Среднего Востока нашим ближайшим союзником представляется Сирия. Только в своем нынешнем положении, при полном развале экономики страны и крайнем ослаблении ВС Сирии, это не союзник, а клиент (при этом, к сожалению, еще не до конца понимающий, что само его существование зависит от Москвы, учитывая, насколько снизился потенциал ВС Сирии). Исходя из объективных долгосрочных интересов и целей России и стран данного региона, Москве следует дружить здесь, в первую очередь, с Ираном и Израилем. Как ни странно, пока это удается, несмотря на то, что Тегеран и Иерусалим люто ненавидят друг друга. К сожалению, эта иррациональная иранско-израильская ненависть вредит самим этим странам и мешает России. А вот интересы и цели Турции и большинства аравийских монархий (особенно Саудовской Аравии и Катара) диаметрально противоположны российским, причем нет никаких оснований ожидать изменения этой ситуации. Поэтому любые заигрывания с Анкарой, Эр-Риядом и Дохой в лучшем случае бесполезны, в худшем – крайне опасны. Конечно, нынешняя моральная капитуляция Анкары перед Москвой может кому-то потешить чувство национальной гордости, но коренное расхождение интересов от этого никуда не делось и еще один «нож в спину» мы получим от турок (в т.ч. от ВС Турции) обязательно.

Что касается Африки и Латинской Америки, то ситуация на этих континентах напрямую не влияет на безопасность России (по крайней мере – в среднесрочной перспективе), мы почти не заинтересованы в ресурсах этих стран, тем более нет там нужных нам технологий. При этом оба этих континента уже превратились в поле ожесточенной конкурентной борьбы между Китаем и Западом, причем Пекин в этой борьбе явно владеет инициативой. Особенно это заметно в Африке. 

России необходимо подходить к этим регионам предельно прагматично. В частности, это означает, что ни в коем случае нельзя заводить себе здесь клиентов. Надо помнить, что не столько военные расходы, сколько гигантская зарубежная клиентура подорвала экономику СССР. Нынешняя Сирия – очевидное исключение, ее поддержание «на плаву» обойдется Москве, как минимум, на порядок дешевле, чем расхлебывание последствий крушения Асада и захвата страны радикальными исламистами. Кого-то еще нам спасать и содержать сегодня совершенно незачем.

С другой стороны «старая дружба не ржавеет», а вот оружие очень даже ржавеет, особенно в тропическом климате. Россия просто обязана использовать фактор старых советских связей со странами Африки и Латинской Америки, если этого может принести сегодняшнюю выгоду. Очень важно понимать, что в подавляющем большинстве стран этих континентов боевая техника очень сильно устарела, значительная ее часть полностью утратила боеспособность. Для них даже имеющиеся у нас всё еще очень значительные запасы советской техники будут очень полезны, а уж современная техника, производимая отечественным ВПК – просто мечта. Некоторые страны Африки и Латинской Америки уже начали эту мечту реализовывать (достаточно посмотреть на ВС Алжира и ВС Уганды). Нельзя забывать о том, что оружие – это самый политический товар в мире, соответственно, продажа оружия сама по себе укрепляет геополитические позиции страны.

Кроме того, с определенного момента многим африканским странам может перестать нравиться замена старого (западного) империализма на новый, китайский. Китай, разумеется, не собирается юридически присоединять к себе страны Африки (а в будущем – Латинской Америки), но ресурсы этих стран он выкачивает не менее хищнически, чем бывшие западные колонизаторы, при этом полностью забывая об экологии и используя собственную, а не местную рабочую силу. Через некоторое время многие африканцы и «латиносы», да и азиаты тоже захотят увидеть «третью силу». Поэтому нам и нужно стать ей на самом деле, ни в коем случае не идя при этом на прямую конфронтацию с «первой» и «второй» силами, но и ни в коем случае под них не подстраиваясь.

 

Александр Храмчихин,
заместитель директора
Института политического и военного анализа

08 июля 2016 14:16 913
0
0