Ракетное вооружение
Ракетное вооружение
Психология, скорость и невидимость

Очень многие традиционные классы боевой техники сегодня подошли к объективному пределу своего развития. Поскольку отказ от них пока невозможен, то делаются либо попытки выжать последнее из традиционных схем и концепций, либо создать новые концепции в тех же классах, либо заменить их чем-то принципиально новым. Как правило, преобладает первый вариант, ибо он самый простой, хотя и очевидно тупиковый. 

Ядерное оружие до сих пор остается «абсолютным оружием», не имеющим преград и ограничений. И именно поэтому оно неприменимо в реальных боевых действиях. Из-за этого всё менее понятно, то ли оно гарантирует государство от любой внешней агрессии, то ли не гарантирует никому ничего. В рамках «мятежевойны» ядерное оружие совершенно неприменимо. Применение его в классической войне против неядерной страны будет почти наверняка сверхизбыточным в военном отношении и совершенно неприемлемым в политическом. Применение его против другой ядерной державы почти наверняка станет взаимным гарантированным самоубийством, т.е. проигрышем для обеих сторон без возможности взять реванш когда-либо в будущем. Соответственно, ядерное оружие, по сути, не является оружием, оно давно превратилось в политико-психологический фактор. 

Достаточно привести простой пример – бескровный «отъем» Крыма Россией у Украины в феврале-марте 2014 года. Представим себе, что у России к этому моменту обычные силы находились бы в таком же безобразном и небоеспособном состоянии, как ВС Украины (кстати, у самой России еще в конце «нулевых» они такими и были). Россия бы потребовала у Украины отдать Крым под угрозой применения ядерного оружия? Понятно, что нет. Крым остался бы украинским, несмотря на наличие ядерного оружия у России и его отсутствие у Украины. Можно представить себе другую ситуацию. Допустим, Украина в 1994 году не отказалась бы от ядерного оружия. На протяжении 20 лет оно бы деградировало так же, как и остальная техника (у Украины не было средств на его поддержание), но некоторое количество ракет и боеголовок, во многие разы меньшее, чем у России, всё-таки осталось бы. Украина рискнула бы его применить, чтобы вернуть Крым? Опять же, понятно, что нет. Таким образом, ядерный фактор в данной ситуации представляется совершенно несущественным. Но есть и еще один аспект – НАТО, точнее, США (европейскими армиями можно пренебречь). Наличие у России ядерного оружия обеспечило то, что Вашингтон даже не задумался о применении против нее своего многочисленного обычного высокоточного оружия для помощи Украине. 

Похожая ситуация складывается сейчас на Ближнем Востоке. Несмотря на усилия по перемирию в Сирии, сохраняется далеко ненулевая вероятность того, что гражданская война в этой стране перерастет в большую войну между заинтересованными внешними игроками. В рамках этой войны нашими противниками могут оказаться весьма сильные ВС Турции и ВС Саудовской Аравии, которые, впрочем, ядерного оружия не имеют. Из-за этого Россия, независимо от того, как будут идти боевые действия, ядерное оружие против них, очевидно, не применит. С другой стороне, о наличии у России такового будет помнить Вашингтон, главный потенциальный союзник Анкары и Эр-Рияда.

В общем, налицо чистая психология, без практической военной составляющей. Из-за этого ядерное оружие начинает иногда казаться морально устаревшим. Отказ от него, разумеется, невозможен, но, опять же, по причинам, в первую очередь, психологическим.

При этом, впрочем, есть совершенно конкретный технологический аспект, который делает ядерное оружие неприменимым в реальных боевых действиях. Речь идет о радиоактивном заражении – том единственном поражающем факторе, который очень надолго выводит из оборота территории, где было применено ядерное оружие, а также создает угрозу для той стороны, которая оружие и применила. Остальные поражающие факторы дают колоссальный поражающий эффект, но очень короткий по времени (как и обычные взрывчатые вещества). При этом, как известно, у термоядерного (водородного) оружия радиоактивного заражения нет, нет и понятия критической массы, что позволило бы создать сверхмалые заряды (вплоть, например, до термоядерных ПТРК, способных испарить танк). К сожалению, для запуска термоядерной реакции нужна настолько большая энергия, что пока единственным ее источником является обычная атомная бомба, основанная на делении тяжелых ядер. Она и дает обязательное радиоактивное заражение. Появление альтернативного компактного и устойчивого к перегрузкам и высоким температурам (для размещения на борту ракеты) источника энергии, способного запустить термоядерную реакцию, стало бы колоссальным технологическим прорывом, обеспечив осуществившей его стране абсолютное превосходство над остальными. Эта страна получала бы возможность применять ядерное оружие, не опасаясь отравить Землю радиоактивными осадками и устроить ядерную зиму, поскольку мощность зарядов можно было бы ограничить для уничтожения только военных целей. Будет ли в обозримом будущем создан такой источник энергии и если да, то кем – вопрос исключительно интересный. 

Что касается основных средств доставки ядерного оружия, баллистических ракет (в первую очередь – межконтинентальных), то они, как раз, более или менее подошли к пределу своего развития. Достаточно сложно выжать из данной концепции что-то принципиально новое. Очевидно, можно добиться некоторого увеличения скорости ракет, но, во-первых, не очень ясно, что это даст в практическом плане, во-вторых, возникнут проблемы перегрузок и тепловой защиты внутренних агрегатов ракеты и боевой нагрузки. Не факт, что игра стоит свеч. Можно увеличить боевую нагрузку, но здесь возникают сомнения в оправданности данного шага с военной точки зрения. Группировка, состоящая из тысячи моноблочных ракет, в десять раз устойчивее к первому обезоруживающему удару противника, чем состоящая из ста 10-зарядных ракет, хотя вторая, видимо, несколько дешевле в производстве и эксплуатации. Вполне вероятно, что трендом станет, как раз, миниатюризация ракет, которая, к тому же, может обеспечить их скрытное базирование. Вместо слишком тяжелых и сложных ракет железнодорожного базирования, замаскированных под рефрижераторы (как известно, такие МБР РС-22 (РТ-23) были созданы в СССР, причем каждая несла по 10 зарядов) могут появиться моноблочные ракеты, ПУ которых будут замаскированы под стандартные контейнеры, либо автомобильные трейлеры.

У российских крылатых ракет семейства «Калибр», которые до 2015 г. были более известны под экспортным названием Club, вариант ПУ, замаскированной под контейнер, существует уже сейчас, причем эти ракеты (правда, в более традиционном корабельном варианте) уже были испытаны в бою на сирийском ТВД (и вот с этими ракетами в обычном снаряжении наверняка «познакомятся» Турция и Саудовская Аравия, если всё-таки нарвутся на войну против России). Крылатые ракеты, а также баллистические ракеты нестратегической дальности, сейчас стремительно развиваются (в США, России, Китае, Индии, Пакистане, обеих Кореях, на Тайване, в Израиле). В первую очередь, естественно, в обычном варианте, хотя подавляющее большинство таких ракет может нести и ядерный заряд. Необходимо напомнить, что в широком смысле крылатыми ракетами являются все ракеты, летающие по законам аэродинамики, в т.ч. противотанковые, противокорабельные, зенитные, «воздух-воздух». Но так сложилось, что под термином «крылатая ракета» принято понимать ракету большой дальности (хотя бы несколько сотен километров), предназначенную для поражения наземных целей. Часть из них, впрочем, может использоваться и против крупноразмерных надводных целей. Этому классу оружия очень даже есть куда развиваться. Подобные ракеты могут быть универсальными по ПУ (наземные, корабельные и лодочные, отчасти авиационные, здесь больше ограничений на массу и габариты ракет), что повышает гибкость их применения. Те самые «Калибры» были применены для ударов по «Исламскому халифату» с совсем небольших по размерам и водоизмещению кораблей. Для них имеет смысл увеличивать скорость – на дальностях, не являющихся межконтинентальными, сокращение подлетного времени имеет уже существенное значение, кроме того, высокие скорости ракет затрудняют борьбу с ними средств ПВО. Более того, поскольку большая часть подобных ракет рассчитана на прямое попадание в цель, высокая скорость дает значительный прирост кинетической энергии. Если довести скорость до гиперзвуковой, то ракете, скорее всего, вообще не понадобится БЧ, не только ядерная, но и обычная, поскольку практически любая мыслимая цель будет уничтожена кинетической энергией удара. Другим важнейшим направлением развития подобных ракет является уменьшение радиолокационной заметности до околонулевых значений. Правда, высокая скорость и невидимость пока не очень хорошо сочетаются, надо выбирать что-то одно, выбор этот иногда оказывается довольно сложным. Тем не менее, крылатые ракеты и нестратегические баллистические ракеты являются одним из основных мэйнстримов в развитии современных военных технологий и в обозримом будущем таковыми останутся. Альтернативы им никто не ищет, поскольку это пока просто невозможно, да и незачем.



Александр Храмчихин,
заместитель директора
Института политического и военного анализа
29 февраля 2016 10:51 773
0
0

КОММЕНТАРИИ:

Комментарии могут оставлять только авторизованные пользователи