Средства наземной ПВО и ПРО
Средства наземной ПВО и ПРО
ВВС и ПВО России: какими им быть?

С 2011 году в ВВС России начала достаточно активно поступать новая авиационная техника. Сейчас в ВВС РФ имеется более 200 новых самолетов (70 истребителей-бомбардировщиков Су-34, 48 Су-30 (16 Су-30М2, 32 Су-30СМ), 36 истребителей Су-35С, 36 МиГ-29СМТ, 55 учебных самолетов Як-130) и до 200 ударных вертолетов (77 Ка-52, 88 Ми-28Н, 34 Ми-35М). 

Прогнозировать, когда на вооружение начнет поступать истребитель 5-го поколения (сейчас он известен как Т-50), пока очень сложно. Наземная ПВО получила 9 полков ЗРС С-400 (по 2 дивизиона в каждом, в одном (на Камчатке) – 3 дивизиона), а также не менее 36 ЗРПК «Панцирь-С1» для их прикрытия в ближней зоне. Всего предполагается иметь 28 полков С-400. Перспективы поступления на вооружение ЗРС С-500 пока не очень ясны.

Поступление значительного количества новой техники не может не радовать. При этом, однако, есть смысл порассуждать о том, какие нам нужны ВВС и ПВО, независимо от реального поступления техники в их состав.

Договор СНВ-3 стимулирует Россию и США развивать стратегическую авиацию (поскольку по этому договору один бомбардировщик засчитывается за один заряд). Кроме того, стратегические бомбардировщики удобны тем, что их, в отличие от двух других компонентов СЯС, можно использовать в обычном снаряжении, т.е. в неядерных войнах – и как носитель большого числа КРВБ (или даже одной МБР), и как средство доставки к целям значительного количества авиабомб (или сверхтяжелых боеприпасов). С этой точки зрения необходимо развитие линии Ту-95, а не Ту-160, либо даже создание носителя МБР и КРВБ на базе Ан-124.   

Что касается фронтового бомбардировщика, то Су-34 станет адекватной заменой Су-24 только в том случае, если его будет закуплено не менее 200, а лучше 300 штук, а не 124, как предполагается. Сравнение ТТХ этих самолетов показывает, что в реальности 1 Су-34 может заменить в ходе боевого вылета не более 1,5-2 Су-24. При этом совершенно очевидно, что цикл наземного обслуживания Су-34 не уменьшился в 5-10 раз по сравнению с таковым у Су-24, работоспособность экипажа Су-34 также не может повыситься в 5-10 раз по сравнению с аналогичным показателем экипажа Су-24. 

Вряд ли имеет смысл модернизация Су-25 или создание нового специализированного штурмовика. Необходимо создание боевых БПЛА различной дальности и скорости, основным из которых должен стать противотанковый штурмовик. Этот беспилотник должен строиться, исходя из принципа окупаемости за один вылет (при условии поражения цели даже без возврата на базу) и максимальной простоты в управлении, базировании и обслуживании. По-видимому, основным его вооружением должны стать гиперзвуковые кинетические ракеты, возможно, неуправляемые. Кроме того, в боевые БПЛА прорыва ПВО необходимо переоборудовать устаревшие самолеты, находящиеся на базах резерва. Более того, ради этого возможен выкуп таких самолетов по остаточной стоимости в других странах, либо их обмен на новые самолеты с доплатой. 

Для России бессмысленно заниматься догоняющим развитием, необходимо использовать имеющиеся преимущества. Возможно, следует создать тяжелый истребитель как наследника МиГ-31, уникального самолета, не имеющего зарубежных аналогов. Т.е. сделать не столько истребитель, сколько перехватчик с очень мощной РЛС, при этом способный нести много ракет "воздух-воздух" большой дальности. Основными требованиями к этому самолету (назовём его условно "МиГ-31бис") должны стать большая дальность полета (с учетом размеров территории страны), большое количество ракет на борту (не менее 12), как можно более высокая дальность полета этих ракет и, естественно, РЛС, обеспечивающая их применение на эту дальность и способная видеть даже "стелсы" на расстоянии не менее 100 км. Разумеется, от подобной машины нельзя будет требовать ни невидимости, ни маневренности, она должна выигрывать за счет дальности и мощности ракет и РЛС. Поскольку такой самолет заведомо будет большим и тяжелым, на него можно установить мощную аппаратуру РЭБ, увеличивающую боевые возможности машины. "МиГ-31бис" мог бы стать "мини-АВАКСом", наводя с помощью своей РЛС на самолеты противника другие истребители, которые собственные локаторы в этом случае могли бы не включать.

Необходимо сохранение в строю не менее 150 старых и строительство, как минимум, такого же количества новых МиГ-31, а также наличие 250-300 Т-50 и Су-27СМ/Су-35, при этом, как минимум, один, а может быть и оба Су-30 являются лишними. Сэкономив на них, лучше выпустить адекватное количество (по несколько сотен) Су-34 и Су-35С. При этом остается проблема дешевого легкого самолета-истребителя, которого можно было бы построить хотя бы 600-800 единиц. МиГ-35 не будет дешевым, а потому не станет массовым, уступая при этом по своим ТТХ Су-35. Поэтому необходимости в нем, по-видимому, на самом деле нет. Впрочем, пока и неясно, поступит ли он на вооружение.

Не исключено, что следует подумать о создании полноценного боевого одноместного варианта самолета Як-130, не только и не столько как штурмовика (каковым лучше сделать БПЛА, возможно, на базе того же Як-130), сколько как истребителя, работающего в паре с "МиГ-31бис" по данным его РЛС. Такой самолет сможет эффективно бороться с ударной авиацией, вертолетами и БПЛА противника. При этом будет предельно упрощен процесс обучения летного состава, поскольку он будет готовиться на двухместном учебном варианте того же Як-130. Стоит же Як-130 в разы дешевле любого Су и МиГа.

Создание этих двух типов истребителей, кроме усиления потенциала ВВС РФ, позволит поддержать существование ОКБ Микояна и Яковлева, не допустив окончательного монополизма ОКБ Сухого, который губителен, как и любой монополизм. 

Необходимо значительное усиление ВТА, от легкой до сверхтяжелой. При этом каждый авиаполк боевой авиации должен иметь в своем составе 2-3 средних транспортных самолета (например, Ил-476), обеспечивающих возможность быстрой передислокации на другие авиабазы.

Что касается наземной ПВО, то анонсированные Минобороны РФ планы развития ЗРС С-400 и С-500 можно считать лишь минимально допустимыми. Двухдивизионные полки обладают слишком низкой боевой устойчивостью, т.к. перед ними стоит проблема быстро израсходования боекомплекта без возможности перезарядки в условиях реального боя. Поэтому необходимо иметь в зенитно-ракетном полку не менее 3 дивизионов, в каждом не менее 12 ПУ (а не 8, как сейчас).

Наземная ПВО должна прикрывать все основные административные и промышленные центры, основные энергетические объекты, узлы коммуникаций, ВВБ и ВМБ, районы базирования и развертывания СЯС. Минимальное потребное количество техники можно оценить в 50-60 полков и 200-250 дивизионов. В свою очередь, каждому полку должен придаваться мотострелковый батальон, каждому дивизиону и КП – одна батарея ЗРПК.   

Значительно усилить ПВО могли бы тяжелые дирижабли, используемые, как минимум, для ДРЛО, как максимум – в качестве носителей ракет "воздух-воздух" (до 100 на каждом) и боевых лазеров. При этом истребителям противника поразить дирижабль, висящий в стратосфере, будет крайне сложно, если вообще возможно. К тому же попадание одной-двух ракет не является для дирижабля фатальным, он просто медленно опускается на землю.

Кроме того, дирижабли могли бы решать еще целый ряд важнейших задач.

1. Переброска войск в масштабах страны (включая тяжелые соединения, что недоступно ВТА).

2. Применение КРВБ (в т.ч. в варианте ПКР большой дальности) и МБР.

3. Применение средств РЭБ и электромагнитного оружия.

4. Заменитель ИСЗ связи.

Поэтому развитие дирижаблей представляется исключительно важной задачей, поскольку именно для России они являются практически идеальным классом боевой и вспомогательной техники. При этом в стране имеются значительные запасы гелия, а также определенной опыт дирижаблестроения.



Александр Храмчихин,
заместитель директора 
Института политического и военного анализа
24 августа 2015 11:54 981
0
0

КОММЕНТАРИИ:

Комментарии могут оставлять только авторизованные пользователи