Юго-Восточная Азия и Австралия
Юго-Восточная Азия и Австралия
Юго-восточные проблемы

На фоне событий, происходящих на Ближнем Востоке, регион Юго-Восточной Азии кажется мирным и спокойным. Тем не менее, здесь хватает проблем. Причем одна из них – как раз, борьба с исламским терроризмом.

 

Из исламских террористических организаций, действующих в странах ЮВА, наиболее мощной и влиятельной является индонезийская «Джемаа исламия» («Исламское общество»). С 80-х гг. ХХ в. она стремится к созданию «халифата» на территориях самой Индонезии, а также Малайзии, Брунея, Филиппин, Таиланда, Сингапура. Как и все исламские радикальные группировки, родившиеся в 70-80-е гг., «Джемаа исламия» финансировалась из Саудовской Аравии и до сих пор тесно с ней связана. Ее боевики (не менее 300 чел.) участвовали в войне в Афганистане против советских войск, именно участники афганской войны затем возглавили группировку. При этом боевые акции группировки проводятся в самой Индонезии, подготовка боевиков организована на юге Филиппин, а Малайзия, Сингапур и Австралия используются для сбора средств и проведения финансовых операций. Группировка поддерживает тесные связи с «Аль-Каидой». Именно «Джемаа исламия» организовала теракты на острове Бали в 2002 и 2005 годах, в Джакарте у отеля «Марриот» и у посольства Австралии в 2003, 2004 и 2009 годах, жертвами которых стали свыше 200 человек. Сообщалось, что в 2003 г. усилиями спецслужб Таиланда и США удалось предотвратить попытку использования боевиками группировки «грязной» (радиоактивной) бомбы во время проведения саммита Азиатско-Тихоокеанского экономического сотрудничества в Бангкоке. После этого спецслужбы Индонезии развернули активную борьбу против группировки, уничтожив или арестовав большую часть ее лидеров и рядовых боевиков. Это существенно ослабило организацию, но полностью разгромленной она не считается до сих пор. 

Второй по значимости и потенциалу в ЮВА является группировка «Абу-Сайяф», действующая на южном филиппинском острове Минданао, населенном мусульманами. Группировка возникла в 1991 г., отколовшись от «Исламского фронта освобождения Моро». Сотрудничала с «Джемаа исламия» и «Аль-Каидой». Боевики «Абу-Сайяф» также воевали в Афганистане (еще до формального создания группировки). Крупнейшей акцией группировки стал взрыв филиппинского парома в 2004 г. (погибло 187 чел.). Был зафиксирован интерес группировки к химическому и биологическому оружию, пока, впрочем, не реализовавшийся на практике. Как и «Джемаа исламия», в конце 2000-х «Абу-Сайяф» понесла серьезные потери от действий правительственных сил. Тем не менее, разгромленной также не считается, столкновения ВС Филиппин с ее боевиками продолжаются. В феврале 2014 г. Манила объявила о широкомасштабном наступлении на позиции исламистов. В ходе операции были захвачены четыре полевых лагеря и фабрика по производству самодельных мин. По официальным данным, было убито 52 исламиста. Но к полному окончанию боевых действий это в очередной раз не привело. С «Исламским фронтом освобождения Моро» правительство Филиппин в марте 2014 г. подписало мирные соглашения (прекращения огня в обмен на частичную автономию), но от этой группировки откололось еще некоторое количество экстремистов, продолжающих боевые действия. Вообще, борьба с исламскими террористами оказала очень большое влияние на военное строительство на Филиппинах. ВС этой страны очень велики и многочисленны, но полностью ориентированы на ведение противопартизанской, а не классической войны. Это стало очевидно в последние годы в связи с обострением борьбы за акваторию Южно-Китайского моря. Выяснилось, что от нынешней НОАК Филиппины не защищает ничего, кроме их островного положения, потенциал же филиппинской армии с точки зрения парирования внешней угрозы близок к нулю. 

Более мелкие и менее влиятельные исламские террористические группировки действуют в Малайзии и Таиланде. Так, в Малайзии действуют боевики «Абу-Сайяф» (в Сабахе), а также «Исламское движение освобождения Бангасаморо». 

Нельзя забывать о том, что по абсолютному количеству граждан, исповедующих ислам, первое место в мире занимает Индонезия. Полностью доминируют мусульмане и на Минданао, чье географическое положение само по себе очень способствует сепаратизму (в данном случае – на религиозной почве). Поэтому ожидать полной победы над терроризмом в ЮВА довольно сложно. Более того, происходит его новый всплеск в качестве реакции на появление «Исламского халифата» на Ближнем Востоке. Первым симптомом этого стали теракты в Джакарте 14 января 2016 г. (впрочем, весьма ограниченные по масштабам). Понятно, однако, что этим дело не ограничится, «халифат» предполагает создать в Юго-Восточной Азии «Исламское государство Нусантара». В настоящее время местные исламисты во главе с «Абу-Сайяф» ожидаемо переориентировались с «Аль-Каиды» на «Исламский халифат» и в январе 2016 г. провозгласили его «вилайят» (провинцию) на Минданао. В рядах «Исламского халифата» в Ираке и Сирии воюют примерно до 1000 индонезийцев, 150 австралийцев, 100 филиппинцев, 40 малазийцев и несколько десятков граждан Сингапура и других государств ЮВА. Лояльность «халифату», кроме «Абу-Сайяф», уже высказали ранее не очень известные группировки из этого региона - «Джамаат Ашарут Таухид», «Муджахеддин-Индонезия-Тимор», «Батальон Ансар аль-Шария», «Батальон Мааракат аль-Ансар», «Ансар аль-Килафа», Форум активистов шариатского ислама.

 

Как было сказано выше, именно с деятельностью террористических группировок в наибольшей степени связана проблема распространения ОМП в регионе. При этом в 1995 г. в Бангкоке страны АСЕАН подписали протокол о безъядерной зоне в ЮВА.


Зона, свободная от ядерного оружия в ЮВА, имеет ряд специфических черт, в частности - включение в территориальную сферу применения договора исключительных экономических зон государств-участниц и включение в статьи, регламентирующие «право прохода», положения о «необходимости уведомления», причем обязательного. Это означает, что ядерные державы (США, Россия, Китай, Франция, Великобритания) должны уведомлять страны АСЕАН о наличии ядерного оружия на борту своих боевых кораблей и самолетов, не только посещающих порты и аэродромы стран АСЕАН, но и проходящих через их исключительные экономические зоны, либо пролетающих над ними (а это, в частности, почти всё Южно-Китайское море, моря Индонезии, Малаккский пролив). Это предопределило дальнейшие проблемы с подписанием протокола к договору государствами, обладающими ядерным оружием. Ни одна из них, как и следовало ожидать, до сих пор этот протокол не подписала (в т.ч. и Россия, чьи ВМФ и ВВС всё более активно действуют в данном регионе) и не собирается это делать в будущем. Соответственно, безъядерная зона в ЮВА является, в значительной степени, условной.

 

В настоящее время Индонезия, Таиланд и Вьетнам активно развивают гражданскую атомную энергетику, а Малайзия, Филиппины и Мьянма собираются это делать. При этом специалистами считается, что в ряде этих стран (особенно трех последних) системы ядерной безопасности развиты недостаточно, что порождает проблему с нераспространением. 

 

Особо проблемной страной в этом плане считается Мьянма, у которой, возможно, имел место интерес к ядерному оружию и сотрудничеству в этой сфере с КНДР. Впрочем, никаких реальных доказательств такого сотрудничества представлено не было, а уровень технологического развития самой Мьянмы совершенно недостаточен для того, чтобы создать такое оружие даже в очень отдаленном будущем. В связи с этим необходимо отметить, что в распоряжении стран-участниц Бангкокского договора находится особый механизм проверки, впервые появившийся в договоре по созданию зоны, свободной от ядерного оружия - право просить о проведении миссии по установлению фактов, чтобы решить двусмысленные ситуации или ситуации, которые могут вызывать сомнения по поводу осуществления положений договора. Однако данный механизм до сегодняшнего дня не был использован, несмотря на существующие у мирового сообщества опасения по поводу намерений Мьянмы в ядерной области, поэтому его действенность вызывает большие сомнения. Таким образом, де-юре Бангкокский договор является наиболее прогрессивным из всех имеющихся в мире договоров о безъядерных зонах. Однако именно из-за этого де-факто он не выполняется.



Вообще, необходимо отметить, что научно-технологический уровень стран ЮВА выше, чем у государств Ближнего и Среднего Востока, поэтому создать ядерное оружие им, при наличии соответствующего желания, было бы проще. В реальности такое желание (в сочетании с возможностями) наиболее вероятно может возникнуть у Вьетнама с целью парирования китайской угрозы.

 

Другой проблемой, в которой также прослеживается связь с исламским терроризмом, считается морское пиратство. В странах АСЕАН всерьез рассматривался сценарий захвата террористами крупного судна, скорее всего – танкера или круизного лайнера. Затем его можно было бы использовать для шантажа с требованием очень большого выкупа, либо в качестве «плавучей бомбы» в любом из крупных портов региона. Кроме того, танкер можно было бы просто затопить в Малаккском проливе, вызвав тем самым прекращение судоходства (с колоссальным ущербом для мировой торговли) и экологическую катастрофу. Индонезия, Малайзия и Сингапур активно сотрудничают для предотвращения подобного сценария.   

Впрочем, до сих пор не было прецедентов захвата судов исламскими террористами. Зато ЮВА является одним из регионов, где чрезвычайно активно действуют «обычные» морские пираты с целью захвата судов и/или их грузов для дальнейшей перепродажи или какого-то другого использования. Этому способствует очень активное судоходство в данном регионе при очень большом количестве островов, узких проливов, заливов, берегов, покрытых джунглями, что очень облегчает действия пиратов. С географической точки зрения пиратам здесь действовать гораздо удобнее, чем, например, у берегов Сомали. С другой стороны, среди стран АСЕАН нет несостоявшихся государств, подобных Сомали, поэтому борьба с пиратами здесь ведется достаточно активно силами ВМС и Береговой охраны прибрежных стран. 

В 80-е - 90-е гг. акватории ЮВА были, по-видимому, наиболее опасными в мире с точки зрения деятельности пиратов. Показательно, что в декабре 1993 г. нападению пиратов подвергся даже БДК ТОФ РФ «Николай Вилков», который в темноте был принят пиратами за сухогруз. В данном случае, разумеется, нападение было легко отбито артиллерийским огнем БДК. 

На региональном уровне одним из первых шагов в направлении консолидированного противодействия морскому пиратству в ЮВА можно считать заключение в 2004 году между Малайзией, Сингапуром и Индонезией соглашения о совместном патрулировании военно-морскими силами Малаккского и Сингапурского проливов (программа «МАЛСИН-ДО»). В соответствии с этим документом проводятся операции ВМС этих стран в проливных зонах ЮВА. Как правило, в них задействуется до шести боевых кораблей. Продолжительность таких мероприятий составляет от 5 до 20 сут. При этом Сингапур изначально выступал за привлечение к борьбе с пиратами ВМС других стран, Индонезия и Малайзия – против этого. В 2005 году Малайзия, Сингапур и Индонезия внесли поправки в программу «МАЛСИН-ДО», которые разрешали патрульным судам прибрежных государств Малаккского пролива в ходе преследования пиратов углубляться до 5 миль в территориальные воды друг друга. Кроме того, с 2005 года реализуется программа «Глаз в небе» по воздушному патрулированию Малаккского пролива в целях своевременного предупреждения и пресечения случаев пиратских нападений на гражданские суда. В рамках программы задействуется базовая патрульная авиация ВС МалайзииВС ИндонезииВС Таиланда, боевые самолеты ВС Сингапура

Благодаря совместным усилиям к концу 2000-х гг. удалось добиться заметного снижения пиратских нападений на суда в акваториях ЮВА. Тем не менее, в начале 2010-х это число вновь стало расти, причем особенно этот рост ускорился в 2014 г. Отмечается, что в последнее время главными целями атак пиратов в ЮВА стали малые танкеры в Малаккском проливе, интерес для пиратов представляет захват перевозимой ими нефти.

 

В целом, пиратство является слишком доходным бизнесом, поэтому ожидать победы над ним не приходится. Вообще, борьба с преступностью ведется на протяжении всей истории человечества, но вполне очевидно, что победить ее не удастся никогда.

 

Это в еще большей мере относится к производству наркотиков и торговле ими. ЮВА традиционно является одной из крупнейших в мире зон производства наркотиков. В первую очередь, это «Золотой треугольник» - область на стыке границ Таиланда, Мьянмы и Лаоса, где в промышленных масштабах выращивается опиум. Для борьбы с наркоторговлей также были предприняты международные усилия. В 2000 г. в Бангкоке на 33-м заседании руководителей АСЕАН была подтверждена цель - сделать регион к 2015 г. свободным и от натуральных, и от синтетических наркотиков типа экстази и АТС (амфетаминов-стимулянтов). В 2004 г. там же представителями правоохранительных органов 24 государств Азии, Америки и Европы было принято решение о совместных акциях ВС ЛаосаВС Мьянмы и армии Таиланда по патрулированию всех прибрежных районов бассейна реки Меконг для пресечения перемещения любых видов контрабандных опиатов. Предусматривались и другие меры: выработка национальных программ противодействия распространению и употреблению наркотиков, оказание материальной, финансовой и кадровой помощи трем странам по формированию вооруженных подразделений на приграничных территориях и укреплению самих границ, по мониторингу наркотрафиков и мест выращивания мака, выявлению числа наркоманов, групп риска среди молодежи и безработных, проведению превентивной работы с этим контингентом и обеспечению их лечения в местных и зарубежных реабилитационных центрах, организации поощрительных мер для горцев с целью замещения ими опиумного мака другими выгодными культурами или переселения их в низинные земли, а также по созданию особых экономических зон, свободных от наркотиков, ужесточению пенитенциарной системы, относящейся к незаконной наркодеятельности.  

Как ни странно, эти действия принесли значительный успех. Совместными усилиями силовых структур Лаоса, Таиланда, а также ВС Вьетнама производство опиума в первых двух странах и наркотрафик через Вьетнам были сведены к минимуму. В 2010 г. в Лаосе было выявлено 1900 га незаконных посевов опийного мака, в Таиланде – всего 211 га. Однако в Мьянме наркопроизводство не только не сократилось, но продолжило расти. В 2010 г. опийным маком в этой стране было засеяно 31,7 тыс. га, в 2013 г. – 57,8 тыс. га. Производство опиума в Мьянме в 2013 г. достигло 870 т (в Лаосе – 23 т). Как и в случае с ядерной программой, никаких реальных рычагов воздействия на Мьянму нет ни у стран АСЕАН, ни у остальных ведущих государств.

Впрочем, самая серьезная проблема для стран АСЕАН – угроза с севера. Но это отдельная тема.

 

Александр Храмчихин,
заместитель директора
Института политического и военного анализа 

06 июня 2016 10:47 946
0
0

КОММЕНТАРИИ:

Комментарии могут оставлять только авторизованные пользователи