Ближний Восток и Северная Африка
Ближний Восток и Северная Африка
Персидский залив: все против всех

Иранская ракетно-ядерная программа вызывает очень большой интерес в мире. Именно эта программа является главной причиной одной из «вечных тем» геополитики последних лет – возможного американского и/или израильского удара по Ирану. Проблема, однако, в том, что почти вся информация об иранской программе – это смесь западных и израильских спекуляций и иранского блефа. Выловить из этой смеси правду крайне сложно. Надо только понимать, что и западные и израильские спекуляции, и иранский блеф работают в одну сторону – чрезвычайного завышения реальных возможностей Ирана, которые сами по себе очень невелики. 

Иран уже много лет развивает линию столь полюбившейся азиатским странам советской ракеты Р-17, более известной под ее западным названием "Скад". Из нее "выросли" иранские ракеты серии «Шахаб». Самой «продвинутой» является "Шахаб-3" с дальностью полета 1,3-1,5 тысяча км (у «Шахаба-1» - примерно 300 км, у «Шахаба-2» - до 500 км). Кроме того, Иран приобрел в Китае ракеты "Дунфэн-11" (400 км) и "Дунфэн-15" (900 км). Сообщается о разработках ракеты "Седжиль" с дальностью полета до 2 тысяч км при массе БЧ 1 т. Если массу БЧ уменьшить, дальность может возрасти до 3 тысяч км.   

Иран пытается конструировать тактические ракеты на базе зенитных ракет устаревших советских ЗРС С-75 и С-200. Имеется также множество неуправляемых ракет («Фаджр», "Зелзал", "Назит", "Шахин"), дальность их полета составляет от 40 до 150 км. Точность ракет (даже управляемых) крайне низкая. По сути, это тяжелые РСЗО. Лучшие из этих ракет – «Зелзал-2» - имеют дальность 200-300 км. Количество ракет известно чисто оценочно, оно обратно пропорционально дальности. Тактических ракет, очевидно, имеются тысячи, БРСД – единицы. Все иранские БР являются жидкостными. Соответственно, на подготовку их к запуску требуется значительное время, причем это совершенно невозможно скрыть от ИСЗ. 

В Иране ведутся работы и над новыми материалами, и над созданием твердотопливных двигателей, и над увеличением дальности полета ракет. Однако при том технологическом уровне, который есть у Ирана, подобные работы займут десятки лет, т.е., по нынешним временам – целую вечность. Страна получает иностранную по мощь – от Китая и КНДР. Однако технологический уровень Северной Кореи ненамного выше иранского, КНДР сама пока не создала не только МБР, но и боеспособных БРСД (в последнее время уже скорее Иран оказывает технологическую помощь КНДР, хотя раньше всегда было наоборот). Китай же не будет создавать самому себе конкурента, Пекин вообще весьма осторожен в подобных делах. Если продажа Ирану тактических и оперативно-тактических ракет – это чисто коммерческая сделка, то БРСД – уже политика. В этой сфере Пекин предпочитает "сто раз отмерить". 

Исключительно сложной задачей является создание ядерной БЧ для ракеты (при том что пока у Ирана нет даже ядерного устройства больших габаритов и массы). Ведь БЧ должна быть достаточно легкой и компактной (чтобы поместилась на ракете), устойчивой к перегрузкам и нагреванию (чтобы не разрушилась при движении через атмосферу). Кроме того, ракеты и БЧ должны производиться, по крайней мере, не в 1-2 экземплярах, а, как минимум, в десятках.

Надо иметь в виду еще и тот факт, что размеров территории самого Ирана не хватает для испытаний БРСД. При стрельбе же в Индийский океан надо иметь соответствующий флот (для обеспечения слежения за ракетой на всех этапах полета). У Ирана такого флота, разумеется, нет.

Кроме того, иранские аятоллы совершенно точно не являются самоубийцами. Их цель – расширение своего влияния в исламском мире, а отнюдь не желание досрочно отправиться на встречу с Аллахом. Поэтому, на самом деле, иранская угроза для Израиля очень сильно преувеличена. В Тегеране прекрасно понимают, что получат от евреев полномасштабный ядерный ответ. Однако отношение Израиля к Ирану носит параноидально-патологический характер. Здесь угроза воспринимается вполне серьезно и очень сильно желание нанести превентивный удар. И давно бы его нанесли.

Проблемы Израиля в данном случае носят военно-географический характер. ВС этой страны, в отличие от американских, не имеют авианосцев, стратегических бомбардировщиков, атомных подлодок, крейсеров и эсминцев с КРМБ на борту. Нет у них также широкой сети военных баз по всему миру. Есть только около 400 тактических истребителей F-15 и F-16 различных модификаций (75 и 278 соответственно, еще 14 и 47 на хранении), 10 заправщиков (7 "Боинг-707" и 3 КС-130Н, еще 1 КС-130Н на хранении) и высочайший уровень подготовки пилотов.

Впрочем, и тут надо сделать оговорку. В 1948-1982 годах Израиль воевал почти постоянно, уровень подготовки его военнослужащих, в т.ч. боевых летчиков, был, пожалуй, самым высоким в мире. Однако уже 33 года страна живет без большой войны. В ВВС теперь просто не осталось пилотов с реальным боевым опытом. Атаки против боевиков ХАМАСа и "Хезболлы" не в счет из-за минимального расстояния от своих аэродромов до позиций противника и полного отсутствия у него какой-либо ПВО. А атака на Иран, если таковая случится, станет самой сложной операцией за всю историю израильских ВВС.  

Главной проблемой для израильтян станет очень большое расстояние до целей. Большинство их находится на пределе боевого радиуса F-15 (1100-1850 км) и за пределами такового F-16 (400-1300 км). И даже если ограничиться уничтожением лишь нескольких ключевых объектов (в первую очередь - заводов по производству урана), у Израиля может оказаться недостаточно сил для этого. Сравнение с атакой 8 самолетов (по 4 F-15 и F-16) ВВС Израиля на недостроенный ядерный центр под Багдадом 7 июня 1981 года некорректно – там расстояние до цели составляло всего 900 км, при этом цель была одна. 

Чтобы увеличить боевой радиус, можно повесить на самолеты ПТБ. Но они ведь занимают место оружия. Соответственно, чем дальше придется лететь, тем больше нужно самолетов, чтобы взять одну и ту же суммарную боевую нагрузку. 

Тем же F-15 и F-16 (или только F-15) придется еще и подавлять наземную ПВО Ирана. Соответственно, под самолеты придется вешать контейнеры для постановки помех, противорадиолокационные ракеты и обычные ракеты "воздух-земля" для уничтожения РЛС и ЗРК. Всё это, как и ПТБ, отнимает место у полезной боевой нагрузки, предназначенной для уничтожения ядерных объектов. 

Кроме того, Иран может поднять в воздух над своими западными регионами не менее 100 истребителей. По качеству и самих самолетов, и их пилотов они сильно отстают от израильтян. Это, однако, не означает, что их не придется сбивать силами всё тех же F-15 и F-16. Ракеты "воздух-воздух", предназначенные для решения этой задачи, также займут "достойное место" на узлах подвески под крыльями израильских самолетов. 

Что после этого останется на бомбы и ракеты для уничтожения основных целей – сложно сказать. Тем более, что стратегических бомбардировщиков у Израиля, опять же, нет, поэтому наиболее тяжелые бомбы он в принципе не может применять. 

Наконец, надо заметить, что над территорией Ирана израильским самолетам неизбежно придется уходить на малые высоты, что еще более снижает их боевой радиус (чем меньше высота полета, тем больше плотность и, соответственно, сопротивление воздуха и, следовательно – расход топлива). 

Таким образом, для ВВС Израиля задача представляется исключительно сложной, если вообще решаемой. Очевидно, что для ее решения придется задействовать все имеющиеся F-15. А F-16, как уже было сказано, до Ирана могут вообще не дотянуть. Если только не пойти на нетривиальный шаг: поменять F-15 и F-16 ролями, используя первый как ударный, а второй – как истребитель (обычно принято наоборот), ведь в конфигурации истребителя боевой радиус выше, чем в ударной (из-за меньшей боевой нагрузки). Тем не менее, может получиться так, что группы подавления ПВО противника (включая его истребительную авиацию) составят почти 100% израильской авиационной группировки, а уничтожать основные цели станет некому и нечем. 

Правда, у Израиля есть еще баллистические ракеты типа "Иерихон", которые имеют дальность полета, не меньшую, чем боевой радиус F-15, а некоторые модификации – и выше. Сколько таких ракет имеет Израиль – неизвестно (предположительно – 50-90), неизвестны и их точные ТТХ, в частности – масса БЧ и КВО. Видимо, эти ракеты могут быть использованы для частичного подавления наземной ПВО Ирана и для уничтожения некоторых из основных целей. 

Кроме того, Израиль имеет 4 ПЛ типа "Долфин", являющиеся по многим параметрам сильнейшими в мире в своем классе. По-видимому, они могут нести КРМБ "Томагавк", хотя нет никаких сведений о том, что США передавали Израилю такие ракеты. В любом случае, если они и переданы, их суммарное число на всех лодках заведомо не превысит 20. 

В целом, "Иерихоны" и "Томагавки" (последние - если они вообще есть) могли бы облегчить жизнь израильским пилотам, но явно не сумели бы полностью и даже наполовину их заменить. В связи с этим надо иметь в виду еще такой аспект. В ходе проведения столь сложной и масштабной операции ВВС Израиля будет почти невозможно обойтись без потерь. А ведь даже один-два израильских летчика в иранском плену, показанных по иранскому ТВ – это политическая катастрофа для Тель-Авива, причем независимо от результатов удара. 

Израильтянам могли бы очень помочь самолеты-заправщики, которые позволили бы боевым машинам обойтись без тяжелых и громоздких ПТБ, занимающих, к тому же, место оружия. Однако имеющихся у Израиля 11 заправщиков, из коих 4 – относительно небольшие КС-130Н, слишком мало, чтобы обеспечить проведение столь сложной и масштабной операции. Они смогут передать суммарно не более 500 т топлива, что, как минимум, раза в 3-4 ниже необходимого количества.

При этом еще возникает принципиальный вопрос уже политического характера: над чьей территорией израильские самолеты будут производить дозаправку? И вообще, над чьей территорией они полетят в сторону Ирана, с коим общей границы не имеют. И над чьей территорией будут возвращаться обратно?

Для того, чтобы нанести удар по Ирану, израильские самолеты должны будут пролететь над Иорданией (можно над Сирией, но она если и не начнет сбивать израильские самолеты, то уж точно оповестит о них Иран, несмотря даже на свое нынешнее невеселое положение), а потом либо над Ираком, либо над Саудовской Аравией. Причем, если на пути к цели израильские самолеты могут как бы остаться незамеченными (ведь всем известно исключительно высокое мастерство израильских пилотов), то на пути обратно так уже точно не получится. В итоге, если ни иорданцы, ни саудовцы не попытаются сбивать израильские самолеты (хотя бы на обратном пути, когда они, кстати, уже будут безоружны), они автоматически становятся в глазах Тегерана «соучастниками израильской агрессии».

Ответить самому Израилю Иран почти не может. Надежность и точность немногочисленных БРСД, как говорилось выше, очень невысока, при этом какая-то их часть почти наверняка будет уничтожена в ходе израильского удара. Остальные добьет мощная израильская ПРО (ЗРК "Пэтриот" и "Эрроу"). А если даже упадут на Израиль несколько БРСД с обычными БЧ, вряд ли они нанесут ему хоть сколько-нибудь заметный ущерб. Соответственно, главной целью иранского ответа будут «соучастники». В частности, Иран может нанести массированный авиационно-ракетный удар по нефтяным объектам Саудовской Аравии, которые в основном расположены, как раз, на северо-востоке страны, т.е. максимально близко к Ирану. Тогда даже сложно предположить, сколько станет стоить баррель. Пожалуй, максимальные 147 долларов середины 2008 года покажутся ценой весьма скромной. Конечно, для России или Венесуэлы это было бы неплохим подарком, а вот для Штатов – вряд ли.

Таким образом, США оказываются втянутыми в войну, поскольку им придется спасать арабские монархии. 

США смогут решить задачу уничтожения объектов иранского ядерного комплекса и других объектов ВПК и ВС с помощью массированных ударов крылатыми ракетами морского и воздушного базирования, данный способ ведения войны американцами давно и хорошо отработан. В самом лучшем случае пару десятков "Томагавков" способны «завалить» наиболее современные средства ПВО Ирана – ЗРК «Тор», все остальные иранские ЗРК тут вообще не причем. И даже появление у Ирана С-300 или ее китайского "родственника" HQ-9 принципиально ситуацию изменить не могут, американцам лишь понадобится дополнительно несколько десятков крылатых ракет для ее подавления и просто для истощения боекомплекта.  

С другой стороны, надо иметь в виду, что в случае нанесения по Ирану удара, мишенями для ответного иранского удара становятся оставшиеся американские войска в Афганистане, которые не готовы к ведению классической войны против огромной регулярной армии, пусть и вооруженной устаревшей техникой. 

Кроме того, Иран попытается полностью перекрыть импорт нефти через Ормузский пролив. Он задействует все свои ВМС в Персидском заливе, которые включают 3 ПЛ российской постройки пр. 877, около 30 малых ПЛ собственной и северокорейской постройки, 4 фрегата (3 английской постройки 70-х годов и 1 построенный по схожему проекту в самом Иране два года назад), 10 ракетных катеров французской постройки 70-х годов, 2 катера, построенных по аналогичному проекту в самом Иране в последние 8 лет, 10 ракетных катеров китайской постройки, а также несколько сотен сторожевых катеров. Все надводные корабли и ракетные катера (в т.ч. западной постройки) вооружены китайскими ПКР С-802 и их иранскими копиями «Нур» (именно такой ракетой в 2006 году боевики «Хезболлы» нанесли серьезные повреждения новейшему израильскому корвету «Ханит»). На большинстве сторожевых катеров установлены либо малогабаритные китайские ПКР С-701, либо РСЗО БМ-21 «Град», либо разные ПТРК. Кроме того, у Ирана есть значительное количество береговых ПКР. В основном это те же С-802 и «Нур».

В случае, если большая часть этого потенциала будет сконцентрирована в районе пролива (что особых проблем не представляет) и нанесет более или менее скоординированный удар по американским кораблям, последним придется несладко. Атаки ПЛ, особенно малых, на мелководье могут быть очень эффективны, поскольку здесь затруднено применение ГАС (этот факт подтвердило безнаказанное потопление южнокорейского корвета «Чхон Ан» северокорейской малой ПЛ в 2010 году). ПКР С-802 и, тем более, С-701 довольно маломощные (потопить одной такой ракетой американский корабль, даже фрегат, нереально), к тому же дозвуковые. Но если их одновременно будет выпущено несколько десятков, некоторое количество ракет может достичь цели. Серьезное повреждение корабля вблизи вражеского побережья – вещь очень неприятная, грозящая дополнительными потерями и превращающая американскую наступательную операцию в оборонительно-спасательную. С другой стороны, американцам будет сложно наносить удары одновременно по десяткам кораблей и катеров, тем более, что большая их часть – малоразмерные цели, которые может просто не захватить ГСН «Гарпуна». Еще сложнее будет борьба с иранскими ПЛ. 

Кроме того, Иран может завалить узкий пролив минами, коих имеет в своих арсеналах, видимо, не одну тысячу. Выставлять их можно не только практически с любого боевого и вспомогательного корабля ВМС Ирана, но и с гражданских судов (вплоть до рыболовных). Большинство иранских мин, скорее всего, достаточно старые, но это мало влияет на их эффективность. Американцы уже реально пострадали от мин, как раз, в Персидском заливе (на них подрывались, получая серьезные повреждения, фрегат «Сэмюэл Робертс» в 1988 году и десантный вертолетоносец «Триполи» в 1991 году). При этом ВМС США имеют на вооружении всего 13 тральщиков типа «Авенджер», разбросанных по всему миру. Впрочем, 3 из них приписаны к Манаме, однако этого совершенно недостаточно для борьбы с минной угрозой такого масштаба. 

Активные боевые действия в проливе и над ним и, тем более, его плотное минирование перекроют поставки нефти из зоны Персидского залива. Просто потому, что ни одна страховая компания не станет страховать риски судовладельцев. Последствия как для экспортеров (самого Ирана, а также Ирака и арабских монархий), так и для импортеров (в первую очередь это страны ЕС, Китай, Япония, Индия, лишь затем – США) нефти будут оглушительные, нынешнее подешевение нефти забудется мгновенно.

Не менее неприятными могут оказаться политические последствия – восстание арабских шиитов. Шииты составляют, например, до 20% населения Саудовской Аравии, причем проживают в самых нефтеносных северо-восточных районах. И подвергаются жесткой религиозной дискриминации со стороны ваххабитских властей королевства. Шииты составляют 75% населения Бахрейна, где сегодня находятся важнейшие американские военные объекты в регионе Персидского залива. Там уже проходят регулярные митинги шиитской оппозиции, которые жестоко подавляются с помощью Саудовской Аравии и ОАЭ. Шииты составляют более 40% населения Ливана, причем там их главной "руководящей и направляющей силой" является хорошо известная "Хезболла". Шииты постепенно берут под контроль Йемен, что позволит им ударить в «мягкое подбрюшье» Эр-Рияда.

Непосредственно против Израиля Тегеран попытается задействовать палестинцев. Правда, здесь успех сомнителен. 

Как известно, палестинские организации на протяжении большей части своей истории боролись против Израиля не столько под исламскими, сколько под социальными и национально-политическими лозунгами. Сначала их основным покровителем был насеровский Египет, затем, после примирения этой страны с Израилем, палестинцы переориентировались на Дамаск, что только усилило социалистическую составляющую их идеологии. Крах СССР привел к резкому падению финансовых и военных возможностей Сирии, после чего главным "опекуном" палестинцев стал Эр-Рияд. В результате у палестинцев естественным образом стали доминировать исламские мотивы. 

Именно после этого в дело вмешался Тегеран, перехватив руководство наиболее радикальной частью палестинского сопротивления – движением ХАМАС. Непосредственные контакты с ним осуществлялись, по-прежнему, Сирией, но Дамаск был лишь посредником и "подрядчиком" для Тегерана. Это вызвало крайне болезненную реакцию Эр-Рияда, который увидел в случившемся покушение на свою "каноническую территорию". Все палестинцы – арабы-сунниты. С точки зрения саудитов все арабы-сунниты должны автоматически считать своим лидером (как минимум, духовным, но вообще-то и политическим тоже) Саудовскую Аравию. То, что лидерство над ХАМАСом перехватили персы-шииты, стало для саудитов тягчайшим моральным оскорблением и серьезным политическим поражением. Они стали гораздо активнее втягивать в свою сферу влияния и без того послушный им ФАТХ, что было одной из причин раскола между ФАТХом и ХАМАСом, как политического, так и территориального (ФАТХ управляет Западным берегом, ХАМАС – Сектором Газа). Недавно ФАТХ и ХАМАС заявили о преодолении раскола. Но при этом уж точно не ХАМАС стал доминирующей силой среди палестинцев.

Как известно, палестинцы сегодня взяли стратегический курс на провозглашение независимости без согласия Израиля. Поэтому им нужно добиться максимальной благосклонности со стороны Запада. Как минимум, Европы, которая и так занимает вполне пропалестинские позиции. Как максимум – и со стороны США, нынешний президент которых по понятным причинам не очень подвержен влиянию еврейского лобби. Ясно, что добиться западной благосклонности можно лишь демонстрацией "кротости", т.е. не проводить теракты ни против Израиля, ни, тем более, против западных стран. 

Наконец, даже если Тегеран сможет добиться от ХАМАСа вступления в войну на своей стороне, это не даст Ирану ничего, кроме умножения противников. Уже давно очевидно, что в чисто военном плане Израиль полностью "обломал" палестинцев. Он разгромил интифаду, он подавил суицидальный терроризм, он, наконец, нанес серьезное поражение ХАМАСу непосредственно на его территории, в Газе. Всё, что сейчас может ХАМАС – выпустить по Израилю несколько сотен НУРСов, которые в самом худшем для евреев случае убьют несколько человек (наверняка меньше десяти). В ответ на это Израиль с удовольствием устроит очередную зачистку Газы, окончательно обнулив военные возможности ХАМАСа. 

Поэтому из всех возможных "карт" Тегерана самой слабой является именно палестинская. Что, однако, не отменяет сокрушительных последствий подобной войны для всех ее потенциальных участников, кроме, как раз, Израиля.

Разумеется, начавшаяся в прошлом году война против «Исламского халифата» поменяла все расклады в регионе. Вашингтон и Тегеран объективно оказываются в ней союзниками, тем более что только они сейчас реально воюют против «халифата», а не занимаются имитацией процесса. Это как бы должно объединить их с суннитскими монархиями, но лишь формально. Потому что фактически именно монархии и вырастили «халифат», поэтому борьбу с ним они сейчас лишь имитируют. И для Эр-Рияда, и для Тель-Авива главным противником остается Иран, а отнюдь не «халифат». Поэтому, хотя в данный момент Вашингтон и Тегеран всячески пытаются избежать взаимной конфронтации, удар по Ирану остается на повестке дня.


Александр Храмчихин,
заместитель директора 
Института политического и военного анализа
19 января 2015 14:42 1156
0
0

КОММЕНТАРИИ:

Комментарии могут оставлять только авторизованные пользователи