Забытые страницы Великой войны
Ужас Пашендейла
10 ноября на Западном фронте завершилось одно из крупнейших и «долгоиграющих» сражений I Мировой войны – битва при Пашендейле.

Свое название это сражение получило по одноименному поселку в 10 километрах северо-восточнее города Ипр, что находится в западной Бельгии. Официальное же название в военной историографии – 3-е Ипрское сражение. Битва началась 7 июня 1917 года с тактической операции в районе бельгийского поселка Месен («Почта полевая», «Торжество британского крота» от 5 июля 2017 г.). И растянулась на пять месяцев, развалившись на несколько самостоятельных операций. Апофеозом сражения стали бои около местечка Пашендейл. Так его название звучит на английский манер. На современной карте оно обозначено как Пассенделе.

К слову, о современной карте. Если смотреть на эти земли сегодня, то на ровных, как стол, пространствах – ухоженные поля, асфальтовые дороги, компактные ирригационные системы, поселки и фермы. Сто лет назад все выглядело совершенно иначе. Многомесячные артиллерийские обстрелы нарушили не только местную ирригационную систему, но и природный гидробаланс. Низменные поля и луга, которые человек пытался обустроить веками, превратились в многокилометровые болота и топи. Изувеченную орудийными снарядами землю осенью 1917 года заливали непрерывные дожди, часто – грозовые. Фотографии показывают, что весь пейзаж вокруг Ипра напоминал картины из фильмов в стиле фэнтэзи о погубленных и брошенных планетах.

В этих условиях главнокомандующий британскими вооруженными силами в Европе генерал Дуглас Хейг после скромных летних успехов на Ипрском направлении настоял на том, что наступление надо довести до конца. Конец, в его понимании – это германские военно-морские базы, откуда в пиратские рейды выходили десятки субмарин, уничтожая торговые суда, обеспечивавшие военно-экономические потребности Британии. Надо сказать, что от германской оборонительной линии в Западной Фландрии под Ипром до этих баз было рукой подать. До Остенде – примерно 30 км. До Бланкенберге и Зеебрюгге – 50 (если мерить по левому флангу британцев, упертому в берег Северного моря, то от Ниувпорта до Остенде – всего 15-16 км). В сущности, один дневной переход. Ну, два, если учесть размокшие дороги. Но как же тяжело давались британцам эти километры. И в итоге до конца так и не дались. Пашендейл был взят 6 ноября, дальше продвинуться сил не было. Таким образом, за 4 месяца  союзникам удалось углубиться на 6-10 километров на различных участках фландрского фронта протяженностью немногим более 50 километров. После 10 ноября бои окончательно затухли.

В описаниях и даже официальных сообщениях нередко можно встретить такие географические термины как «хребет Пашендейл» и «холмы Пилкем». Это, мягко говоря, сильное преувеличение, так как перепады высот в этих краях составляют от силы два десятка метров. Пологие неровности почвы и холмами назвать трудно. Иное дело, что разрывы тяжелых артиллерийских снарядов оставили множество разделенных жидкой грязью огромных кратеров, заполнившихся дождевой и грунтовой водой. Нападавшей стороне перемещать в таких условиях орудия было почти невозможно, танки оказались без работы. Да что там техника, пехотинцы двигались вперед, периодически сооружая из подручных средств всяческие мостки и лесенки. В кратерах и больших лужах тонули не только раненые, которых санитары попросту не могли вынести с поля боя, но и вполне здоровые солдаты, тащившие на себе по 45 килограммов снаряжения и запасов. Ведь рассчитывать на подвоз патронов и гранат, воды и еды не приходилось. Этими нечеловеческими условиями и объясняются несоизмеримые потери британцев во время «Сражения в грязи», как назвали битву под Пашендейлом ее современники.

Точное число потерь не удалось установить до сегодняшнего дня. В Британии склонны считать, что 5-я и 2-я армии в этих боях потеряли убитыми, ранеными, отравленными газами, пропавшими без вести более 500 000 солдат. В максимальном исчислении немецкие потери в полтора раза меньше – до 350 000. Кстати, об отравленных. Именно в рамках этого сражения, но еще летом германцы впервые применили боевое отравляющее вещество «горчичный газ». По названию местности он и получил зловещее имя «иприт». Немцы метили снаряды, начиненные горчичным газом крестами желтого цвета. Поэтому в самой Германии он был более известен как газ «желтый крест» – «Gelbkreuz». Особое свойство иприта в том, что он проявлял себя не сразу, как другие отравляющие вещества. Солдат, будучи поражен газом, еще продолжал сражаться. А когда следы поражения становились очевидными, помочь ему спасти легкие или, скажем, глаза, было уже невозможно.

В который раз необходимо сделать отступление, связанное с понятием «потери». Многие современные источники комментируют цифры потерь как число погибших. И в нашем случае можно нередко натолкнуться на такую трактовку: в битве при Пашендейле (а это, кстати, как минимум, 6 самостоятельных операций – при Мессене, на холмах Пилкем, при Лангемарке, при Мененской дороге, при Многоугольной роще, при Пашендейле) погибло более 800 000 человек. После таких комментариев так и хочется уточнить: ребята, как же человечество-то уцелело?

Казалось бы, трудно выносимые природные условия должны были в одинаковой степени влиять на обе сражавшихся стороны. Но на деле германцы использовали погодные и ландшафтные условия с куда большим толком, чем британцы и поддерживавший их французский пехотный корпус. Во-первых, немцы отказались от сплошной оборонительной линии, так как копать окопы в грязи – дело трудоемкое и бестолковое. Они насытили оборонительную линию бетонными дотами на возвышенных местах и в фундаментах разрушенных домов на фермах и в поселках. Таким образом, болото, по которому двигались в атаку британцы, просматривалось и простреливалось вдоль и поперек. Немецкая артиллерия, как правило, размещалась на обратных склонах этих самых скромных возвышенностей, именуемых в рапортах холмами и хребтами. Однако даже небольшие складки местности позволяли батареям оставаться незамеченными для разведки противника. Огромное количество самолетов (для ПМВ), которое удалось сконцентрировать здесь британцам и французам, на качестве воздушной разведки сказывалось мало. Летать той осенью над районом Ипра было крайне проблематично.

Разумеется, эти месяцы боев крепко засели в исторической памяти Британии. Но битва при Пашендейле, равно как Галлиполийская кампания в Турции и сражение за хребет Вими во Франции, – темы, особенно чтимые в британских доминионах: Австралии, Новой Зеландии и Канаде. Солдаты первых двух стран набирались боевого опыта на турецком полуострове, канадцы – под французским городом Аррас во время весеннего наступления 1917 года. В Ипрском наступлении им пришлось этим опытом поделиться с германцами и фландрскими болотами.

12 октября германские позиции у Пашендейла были атакованы 3-й австралийской дивизией при поддержке новозеландских частей. Потери достигли 3 000 человек, но боевая задача в тот день была выполнена. 26 октября начались бои непосредственно за развалины деревни. На этот раз в атаку пошли батальоны свежего Канадского корпуса. Через 10 дней и эта задача оказалась выполненной. 10 октября немцы предприняли контратаку, но она была отбита. Пашендейл обошелся Канаде в 12,5 тысяч убитых, раненых, пропавших без вести. По поводу Канады информации нет, но в Австралии между Мельбурном и Аделаидой есть местечко, которое носит название Пашендейл. Даже не местечко – несколько ферм. Главная и единственная улица – Пашендейл-роуд.

Итак, стратегической цели союзники в 3-м Ипрском сражении не добились. Более 30 германских субмарин как выходили из бельгийских портов на охоту в неограниченной подводной войне, так и продолжили выходить. Один из немецких адмиралов писал, что «возможно нам удалось бы снизить количество потерь (подводных лодок) своевременным оставлением баз во Фландрии, так как обе тамошние флотилии несли примерно половину всех потерь после заграждения англичанами Ла-Манша в конце 1917 года…». Иными словами, нашлись у британцев способы, с помощью которых им удалось резко снизить активность вражеских субмарин и сократить потери тоннажа более чем в два раза. Для этого вовсе не понадобилось губить и калечить полмиллиона солдат, как это сделал генерал Дуглас Хэйг. В качестве самооправдания британские военачальники озвучили тезис о том, что благодаря «Сражению в грязи» их войска приобрели неоценимый опыт, который пригодился в победном наступлении летом-осенью 1918 года. Тезис подхватили британские историки и эксперты. 
Михаил БЫКОВ,
специально для «Почты полевой»
20 ноября 2017 14:18 94
0
0

КОММЕНТАРИИ:

Комментарии могут оставлять только авторизованные пользователи