Общие вопросы и тенденции
Общие вопросы и тенденции
Незаметная дружба

Отношения между Китаем и странами Запада принято считать враждебными и антагонистичными. На самом деле, это не совсем так даже применительно к отношениям между Китаем и США. И совсем не так применительно к отношениям между Китаем и Евросоюзом.

Отношения с ЕС для Китая являются чрезвычайно важными и значимыми. Китайские руководители давно намекают на то, что отношения КНР со странами Западной Европы – это отношения, отдельные от отношений КНР с другими центрами силы, и стремятся создать впечатление, что между Китаем и странами Западной Европы могут существовать особые партнерские отношения, для которых характерно большее сходство позиций, чем для отношений КНР с другими крупными государствами.

В отличие от отношений Китая и США, у КНР и ЕС нет ярко выраженных стратегических противоречий и соперничества. Мелкие торговые трения между Европой и Китаем вполне можно урегулировать, в то время, как китайско-американские отношения все время балансируют между взаимной выгодой и взаимным сдерживанием. 

Для китайской стороны появляется дополнительная возможность через сотрудничество с европейскими компаниями получить выгодные инвестиционные контракты, вложить деньги в проекты, связанные с высокими технологиями. Например, китайские компании активно вкладываются в проекты в таких сферах, как строительство атомных станций, авиапром, космос и др. Китаю в Европе нужны не только рынки сбыта, но и источники получения передовых технологий. Для Евросоюза Китай — ведущий (второй после США) торгово-экономический партнер, ослабление отношений с которым было бы чувствительным ударом для неустойчивой европейской экономики.

В отличие от отношений с Россией, отношения Китая с ЕС имеют очень мощное практическое наполнение в виде огромного объема взаимной торговли. При этом, на самом деле, между Пекином и европейскими странами нет никаких реальных политических противоречий. На второй план уходит прежняя напряженность в политической области, связанная с критикой Пекина со стороны европейских лидеров за нарушения в сфере прав человека. Европейцы убедились, что эта критика всё равно не работает и не собираются ради этой химеры жертвовать экономическими отношениями. 

Китай ощущает поддержку ЕС в конфликте с Японией и надеется на помощь по экологическим и финансовым вопросам. ЕС подтверждает приверженность политике «одного Китая». В целом, сотрудничество Китая и ЕС становится всё более самостоятельным, без учёта мнения РФ и США соответственно. Крупнейшим экономическим партнёром Китая является именно ЕС, его страны принимают вдвое больше китайских студентов, чем США. ЕС имеет свои собственные долговременные расчёты относительно КНР. Несомненно, это – геополитическая роль Китая как сдерживающего противовеса России. Весьма показательно, что Пекин всячески приветствует европейскую интеграцию, но откровенно негативно относится к любым интеграционным проектам России. С другой стороны, европейские СМИ постоянно серьезно завышают военный потенциал России и приписывают ей агрессивные намерения в отношении Европы. Одновременно военный потенциал Китая в европейских СМИ столь же систематически занижается, никаких агрессивных намерений ему не приписывается. Это подтверждает то, что для Европы Китай – важнейший сдерживающий фактор в отношении России. Сама Европа не готова к военному противостоянию с Россией, поэтому крайне заинтересована в усилении военной мощи Китая.

Встреча главы МИД КНР Ван И с заместителем председателя Еврокомиссии Кэтрин Эштон в 2013 году 

Формально с 1989 года действует эмбарго на поставки европейского оружия в Китай. Однако в рамках инвестиционного сотрудничества с Германией китайский ВПК смог провести эффективную модернизацию ключевых оборонных заводов, работающих в интересах ядерной энергетики, авиации и космоса. Всё большее количество китайских офицеров стажируются в Европе. Уже с 1990 года страны ЕС продают Китаю продукцию, которая не является «смертоносным оружием». Большая часть ПЛ и надводных кораблей ВМС НОАК оснащены французскими и немецкими дизельными двигателями, французскими РЛС и ГАС, на вооружении ВМС состоят французские ЗРК, артиллерия, вертолеты. Также немецкими дизелями или их местными копиями оснащена почти вся современная китайская бронетехника (танки, БМП, БТР) и самоходная артиллерия сухопутных войск НОАК. Вся эта техника (либо лицензии на ее производство) поставлены уже в период действия «эмбарго». Полному снятию эмбарго мешает в настоящий момент лишь позиция Великобритании и стоящих за ней США. Тем не менее, страны континентальной Европы будут и дальше находить способы обхода эмбарго (в первую очередь – через инвестиционное и научно-техническое сотрудничество в сфере «двойных технологий»). При этом можно совершенно точно сказать, что на это никак не повлияет тайваньская проблема. Даже США, на самом деле, уже не рассматривают возможность военной защиты Тайваня в случае китайской агрессии. Ожидать помощи со стороны Европы (хотя бы в виде политических заявлений) для Тайбэя было бы просто абсурдно. Сотрудничество с КНР слишком выгодно для Европы, причем не только в экономическом, но и в политическом плане. Тайвань не имеет достаточных финансово-экономических ресурсов, чтобы «перебить» эту выгоду, а любые апелляции к идеологии могут свидетельствовать лишь о полном отрыве от реальности. Надо также помнить о том, что страны ЕС обладают множеством передовых военных технологий, однако потенциал их ВС в настоящее время крайне низок, причем продолжает неуклонно снижаться и дальше. Ни о каком участии европейцев в серьезной войне не может быть и речи.  

Таким образом, в отличие от США, России, Индии, Японии, Евросоюз является для Китая идеальным партнером по причине отсутствия реальных политических противоречий при огромной взаимной заинтересованности в экономическом сотрудничестве. Со всеми остальными главными мировыми центрами силами военно-политические противоречия Китая будут лишь нарастать, в отношении Европы такой угрозы нет. Соответственно, сотрудничество КНР и ЕС во всех сферах будет всё больше углубляться, несмотря на возражения Вашингтона.



Александр Храмчихин,
заместитель директора
Института политического и военного анализа
04 мая 2016 00:00 1175
0
0