Ближний Восток и Северная Африка
Ближний Восток и Северная Африка
Сорок миллионов без родины
Курдский вопрос остается одним из наиболее болезненных вопросов ближневосточной и даже всей мировой политики. Ведь курды – крупнейший в мире народ, не имеющий собственной государственности. Если, например, в России 8 тыс. ненцев имеют свой автономный округ, то курды до последнего времени не имели ничего, хотя численность этого народа составляет, по разным данным, от 30 до 40 млн. человек.

Не менее 90% курдов компактно проживают в географической области, которая, соответственно, называется Курдистан. Она находится на стыке территорий Турции, Ирана, Ирака и Сирии. В этих странах живет, соответственно, от 11 до 16 млн., примерно 5 млн., 4-6 млн. и примерно 2 млн. курдов. 

До 20-х гг. ХХ века почти весь Курдистан входил в состав Оттоманской империи (исключение составляла лишь его иранская часть). И уже с середины ХIХ в. курды пытались вести борьбу за свою независимость, надеясь на русскую или английскую помощь. Однако даже крах Оттоманской империи после ее поражения в Первой мировой ничего курдам не дал. Курдские повстанцы активно вели борьбу за независимость, в 1927-30 гг. на востоке Турции они даже создали Республику Арарат. Однако, в конце концов, восстание было подавлено турецкими, а в Ираке – английскими войсками. 

Новый всплеск освободительного движения курдов произошел в 60-е - 70-е гг. ХХ в. Так, в Иране после антишахской революции 1979 г. курды временно установили контроль над иранским Курдистаном, однако, вскоре их выступления были подавлены силами КСИР. В Ираке курды, не прекращавшие вооруженную борьбу, в 1975 г. добились формальной автономии. Однако при тоталитарном режиме Саддама Хусейна она была именно формальной. 


Во время ирано-иракской войны 1980-88 гг. Тегеран и Багдад пытались использовать "вражеских" курдов (иракских и иранских соответственно) в своих целях. Нельзя сказать, что они добились в этом значительных успехов, тем не менее, в Ираке подавление правительственными войсками курдского восстания вылилось, по сути, в геноцид (вплоть до использования химического оружия против мирного населения).  

В Турции вооруженную борьбу за независимость развернула Рабочая партия Курдистана под руководством Абдуллы Оджалана. В этой стране еще с 30-х гг. было запрещено употребление курдского языка и даже самих понятий "курды" и "Курдистан". Официальная пропаганда называла курдов "одичавшими горными турками". Турецким курдам помогала Сирия, руководство РПК базировалось на ее территории. Однако в 1998 г. Турция под угрозой военного вторжения потребовала от Сирии изгнать лидеров повстанцев. Дамаск, к тому времени лишившийся покровителя в лице Москвы, вынужден был подчиниться. В 1999 г. турецкий спецназ захватил Оджалана в Кении, сейчас он отбывает пожизненное заключение на острове Имралы в Мраморном море.

Основные события развернулись в иракском Курдистане. Как известно, в сентябре 1980 г. Ирак совершил агрессию против Ирана. Однако, поскольку революционный хомейнистский Иран рассматривался в США и на Западе в целом как воплощение Абсолютного Зла, то Хусейна за агрессию не только не наказали, но и активно ему помогали, в т.ч. и оружием (как, кстати, и СССР и другие соцстраны, в поддержке Саддама противостоящие блоки достигли полного единства). А в апреле 1988 г. дело дошло, фактически, до совместных боевых действий ВС Ирака и США против Ирана. Поэтому геноцид курдов, коим занимался в это время Хусейн, на Западе заметили лишь правозащитники. 

В 1990 г. уверовавший в свою безнаказанность Хусейн захватил страну, которая ему больше всех помогала во время войны с персами – Кувейт. Т.е. совершил вторую за 10 лет агрессию. Однако на этот раз Саддаму не повезло. Почему-то весь мир оказался против него. Кажется, это называется двойным стандартом. Впрочем, мировая политика, в основном, из них и состоит. 

В результате "Бури в пустыне" ВС Ирака потерпели сокрушительное поражение. Однако США и их союзники добивать Саддама не стали, поскольку продолжали рассматривать его как противовес Ирану. В итоге Хусейн сумел весной 1991 г. подавить восстания шиитов на юге и всё тех же курдов на севере. Тем не менее, Запад решил хоть как-нибудь облегчить участь восставших и запретил ВВС Ирака совершать полеты над южными и северными районами собственной страны. Шиитам это не сильно помогло, а вот курдам, имевшим достаточно сильные вооруженные отряды, действительно стало легче. В итоге иракский Курдистан стал полунезависимым образованием, где власть делили Демократическая партия Курдистана под руководством Масуда Барзани и Патриотический союз Курдистана, лидером которого являлся Джаляль Талабани. 

Естественно, что борьба курдов за независимость во всех трех странах, как правило, рассматривалась и как борьба за единый Курдистан. Долгое время лидерами в этой борьбе естественным образом считались турецкие курды – и по общей численности курдов в этой стране, и по силе их вооруженных отрядов. Однако после того, как иракские курды создали полунезависимое образование на севере своей страны, именно они де-факто стали центром притяжения для остальных курдов.

Еще более явным лидерство иракских курдов в борьбе за общее дело стало после окончательного разгрома американцами режима Хусейна весной 2003 г. Курды оказали войскам США самое активное содействие. Поскольку Турция на этот раз отказалась помогать Америке, ВС США в лице 173-й воздушно-десантной бригады открыли северный фронт именно с территории Курдистана. Курдские отряды ("пешмерга") вошли в Багдад вместе с американцами и на первом этапе достаточно активно участвовали в наведении порядка в охваченной хаосом столице Ирака.   

А после того, как в Ираке началась полномасштабная гражданская война, иракский Курдистан был оазисом спокойствия и лояльности. Ведь здесь уже давно были созданы и достаточно успешно функционировали государственные и силовые структуры. После исчезновения Хусейна Курдистан под охраной войск США и своих собственных окончательно превратился, по сути, в независимое государство, причем обладавшее значительными запасами нефти, которой курды торгуют напрямую, в обход Багдада. 

Более того, хотя США стали устанавливать в Ираке прямую демократию (один человек – один голос), они достаточно быстро поняли, что без национальных и конфессиональных квот не обойтись. По этим квотам курдам достался пост президента Ирака, который занял Джаляль Талабани (потрясающая ирония истории, учитывая отношения смертельной вражды между Талабани и Хусейном). Правда, полномочий у иракского президента меньше, чем у премьер-министра страны (этот пост достался шиитам), тем не менее, сам тот факт, что один из лидеров Курдистана возглавил Ирак в целом, очень сильно способствовал тому, что сепаратистские настроения в иракском Курдистане на некоторое время резко пошли на убыль. Ведь он, по сути, и так добился независимости, при этом еще и получил значительные полномочия в плане управления всем Ираком. 

При этом, у Эрбиля (столица иракского Курдистана) возникли трения с Багдадом на почве принадлежности города Киркук и его окрестностей с огромными запасами нефти. Референдум по этому поводу предполагалось провести еще в 2007 г., однако он до сих пор не состоялся. Багдад затормозил данный процесс, поскольку в Киркуке большинство населения составляют курды и исход референдума был очевиден.

Впрочем, главные проблемы к иракским курдам пришли с севера, из Турции. Именно в Иракский Курдистан перекочевала большая часть бойцов РПК. Анкара терпеть этого не захотела и в 2008 г. двинула свои войска в иракский Курдистан. В этих условиях иракские курды не только не поддержали турецких собратьев, но стали помогать туркам! Объяснялось это достаточно просто – Талабани и Барзани (он стал президентом иракского Курдистана) не хотели разрушения своего стабильного существования. Кроме того, вполне вероятно, что они просто решили избавиться от конкурентов в борьбе за лидерство в «Большом Курдистане». Наконец, скорее всего, на поведение иракских курдов повлиял Вашингтон. 

В политике Турции в отношении курдов в последние годы стали происходить определенные изменения. Эта страна хочет стать членом ЕС, а Европе категорически не нравится то, как себя ведет Анкара в Курдистане. К тому же, в Европе сейчас довольно много курдских беженцев, Германия, по-видимому, сейчас вообще занимает 5-е место в мире по количеству проживающих на ее территории курдов (более 600 тыс.). 

В итоге в 2004 г. на одном из турецких государственных телеканалов появились передачи на курдском языке в объеме полчаса в неделю. С 1 января 2009 г. начал вещание первый государственный курдский телеканал - TRT-9, круглосуточно передающий новости, музыкальные шоу и фильмы на курдском языке. В 2010 г. министр иностранных дел Турции Ахмед Давудоглу в официальном интервью впервые использовал слово «Курдистан» для обозначения северной части Ирака. А в апреле 2013 г. турецкие курды заявили о выводе всех своих вооруженных отрядов в Иракский Курдистан. 

Анкара согласилась провести по своей территории экспортный нефтепровод из этого региона к своим портам, чтобы Эрбиль ни в чем не зависел от Багдада, а обмен гарантировал бы спокойствие на юго-востоке Турции. В июне 2014 г. было объявлено, что поставки нефти по этому нефтепроводу рассчитаны, как минимум, на 50 лет, что вызвало крайне отрицательную реакцию Багдада.

Некогда самая спокойная часть Курдистана, сирийская, оказалась вовлечена в гражданскую войну в этой стране. Сирийские курды создали, по сути, еще одно независимое курдское государство. 

Дамаск этому совершенно не мешает не только и не столько потому, что не имеет для этого реальных возможностей, сколько из-за того, что курды оказались его фактическими союзниками: они воюют не против сил Асада, а против их главных врагов – радикальных исламистов. 

Впрочем, Сирийский Курдистан хотя бы по причине малочисленности своего населения центром притяжения для курдов стать не сможет.  Таковым останется Иракский Курдистан, чье будущее пока совершенно неясно.

Для иракских курдов удобнее всего был нынешний статус-кво: фактически полная независимость с возможностью распоряжаться нефтью, да еще и "посильное участие" в управлении всем Ираком. Однако начавшееся в июне 2014 г. наступление суннитских радикалов из организации «Исламское государство Ирака и Леванта» (ИГИЛ) сделало статус-кво невозможным.

Для курдов суннитские фанатики, провозгласившие халифат на сопредельных территориях Ирака и Сирии, являются смертельными врагами. Почти все курды – сунниты, но в их жизни ислам играет гораздо меньшую роль, чем в жизни арабов. А жизнь по законам шариата в ваххабитской интерпретации для них абсолютно неприемлема. Поэтому бойцы «пешмерга» сразу вступили в бой против ИГИЛ, не допустив суннитов на территорию Курдистана.

Это, однако, абсолютно не означает, что курды будут спасать от ИГИЛ весь Ирак. Дело даже не в том, что провозглашенный суннитами халифат полностью отрезал курдов от южных районов Ирака, где преобладают шииты. Дело в том, что у курдов наконец-то появился практически законный повод провозгласить независимость. Более того, благодаря наступлению боевиков ИГИЛ на Багдад, курды сумели захватить вышеупомянутый спорный Киркук, который, разумеется, будет включен в состав Курдистана.

Сейчас американцы изо всех сил сдерживают курдов от провозглашения независимости, поскольку это будет означать полный провал их иракской авантюры 2003-11 гг. Ведь тогда вместо процветающего демократического Ирака, который хотел создать Вашингтон, получится полный и окончательный крах этой страны, причем через гражданскую войну с сотнями тысяч жертв. Тем не менее, если бои в Ираке затянутся, слушать американцев курды не будут. 

Впервые в своей истории они получат полноценное собственное государство, что коренным образом изменит всю геополитическую картину на Ближнем и Среднем Востоке. Разумеется, первоначально это государство никто не признает, но раньше у курдов не было и непризнанных государств. Учитывая ситуацию в регионе, признание станет лишь вопросом времени. 


Александр Храмчихин,
заместитель директора 
Института политического и военного анализа
07 июля 2014 11:02 1507
0
0

КОММЕНТАРИИ:

Комментарии могут оставлять только авторизованные пользователи