Ближний Восток и Северная Африка
Ближний Восток и Северная Африка
Дубль пять?

Израиль и Сирия являются «вечными» противниками. Последняя «полноценная» война между ними случилась 36 лет назад, но ничто не мешает произойти еще одной, причем в любой момент. Для Дамаска ситуация крайне неблагоприятна в том смысле, что страна и ее армия предельно истощены многолетней гражданской войной. И, наоборот, очень благоприятна в том смысле, что на сирийской территории находится контингент ВС РФ.

В составе арабских коалиций Сирия воевала против Израиля в первой арабо-израильской войне, в Шестидневной войне 1967 г., в Октябрьской войне 1973 г. И уже в одиночку – в Ливанской войне 1982 г. Все эти войны Сирия проиграла, хотя с каждым разом создавала Израилю всё больше проблем.

В ходе нынешней гражданской войны в Сирии Израиль долго делал вид, что сохраняет нейтралитет. На самом деле, он поддерживал всех противников Асада, включая радикальных исламистов-суннитов. Сейчас скрывать это уже невозможно – слишком много сирийские войска захватили у противостоящих им группировок различных израильских медикаментов, приборов, оборудования и даже оружия. Подобная позиция Израиля совершенно неадекватна, если не сказать – безумна. Ее причиной является иррациональная ненависть к Ирану (важнейшему союзнику Асада), дошедшая до общенациональной паранойи. Это при том, что Иран никогда с Израилем не воевал, а антиизраильская риторика Тегерана, как очень несложно понять, направлена почти исключительно на внутреннюю аудиторию. Да, с территории Ливана против Израиля эпизодически воюет поддерживаемая Ираном шиитская «Хезболла», но считать ее реальной угрозой еврейскому государству невозможно, слишком несопоставимы их потенциалы (особенно теперь, когда «Хезболла» глубоко втянулась в сирийскую войну и понесла на ней серьезные потери). Угроза Израилю со стороны палестинцев-суннитов, поддерживаемых аравийскими монархиями, заведомо гораздо больше. Но Израиль уже практически открыто дружит с этими монархиями (в первую очередь – с ваххабитской Саудовской Аравией) против Ирана.

На протяжении последних лет ВС Израиля неоднократно наносили авиационные и ракетные удары по сирийской территории, при этом официально заявлялось, что целями являются иранские формирования в Сирии, а «заодно» - объекты ПВО Сирии. Результаты этих ударов определить крайне сложно. ВС Сирии лишились одного ЗРПК «Панцирь-С1» и еще каких-то элементов различных ЗРК. Кроме того, израильская ЗРС «Пэтриот» сбила над Голанскими высотами бомбардировщик Су-24 (в 2014 г.) и штурмовик Су-22 (в 2018 г.) ВВС Сирии. В свою очередь, ВВС Израиля в феврале 2018 г. потеряли истребитель-бомбардировщик F-16I, сбитый, по-видимому, ЗРС С-200. Сирийцы также претендуют на большое количество сбитых израильских ракет, но проверить и подтвердить/опровергнуть эти заявления возможным не представляется.  

В настоящее время сирийская армия имеет от 1,7 до 2,6 тыс. танков, из которых 1,1-1,2 тыс. Т-72 и примерно 30 Т-90, остальное – древние Т-55 и Т-62. У Израиля в строю ЦАХАЛ имеется около 900 танков «Меркава» Мк3/4 и на хранении примерно 800 «Меркава» Мк1/2. Древние «Центурионы» и «Магахи» (М48/60), не говоря уже о «Тиранах» (трофейные советские машины Т-54/55/62), видимо, полностью утилизированы. Т.е. количественное превосходство, как ни странно, до сих пор на стороне Сирии, хотя качественное, конечно, у Израиля. У Сирии имеется от 1,3 до 1,7 тыс. БМП-1/2. У Израиля – немногим более 300 БМП «Намер» и «Ахзарит», но это машины на танковом шасси, т.е. гораздо более устойчивые в бою, чем обычные БМП. Традиционные БТР (советские у Сирии, американские М113 у Израиля) обе стороны практически вывели из боевых частей, эти машины остаются либо в тыловых частях, либо на хранении, поскольку для настоящей современной войны они не подходят – слишком уязвимы.

Самоходная артиллерия (2С1 и 2С3 у Сирии, М109 у Израиля) примерно равна как по численности, так и по возрасту (60-х – 70-х гг.). Это же относится к буксируемой артиллерии, только у Сирии она в строю, а у Израиля – на хранении. Численное превосходство Сирия имеет в реактивной артиллерии, причем вся она в строю, а у Израиля – в основном на хранении, в строю лишь американские М270 MLRS. Сирийские «Ураганы», «Смерчи» и ТОС-1 с ними, в общем, вполне сопоставимы по ТТХ. Обе стороны имеют большое количество ПТРК. У Израиля это наиболее современные «Спайки» в нескольких модификациях, у Сирии – широкое их разнообразие, от древней «Малютки» до новейшего «Корнета». 

При небольшом количественном превосходстве сирийцев качественное преимущество, разумеется, у израильтян, которые, к тому же, всегда наголову превосходили всех арабов в плане боевой и морально-психологической подготовки личного состава. Предполагать, что сейчас ситуация изменилась, вроде бы, нет оснований. К тому же у сирийцев много кадровых военных погибло или дезертировало, а нынешняя армия представляет собой весьма своеобразный конгломерат старых регулярных частей и новых, по сути, добровольческих формирований. Это именно армия гражданской войны, а не традиционные регулярные ВС. С другой стороны, те, кто продолжает воевать за Асада, уже имеют хороший боевой опыт и высокую мотивацию. К тому же они вдохновлены победами последних трех лет. ЦАХАЛ же большую войну давно не вела, поэтому несколько растеряла свои великолепные некогда боевой опыт и боевой дух, что и подтвердила Ливанская война 2006 г. С тех пор ситуация, как минимум, не улучшилась, о чем с большой тревогой говорят в последнее время некоторые израильские офицеры и генералы. Кроме того, нынешним летом Израиль ничем не помешал сирийским войскам разгромить исламистские группировки в провинции Кунейтра, прилегающей к Голанским высотам. Тем самым ЦАХАЛ утратила потенциальный передовой плацдарм на сирийской территории.

При этом после 1982 г. обе армии привыкли воевать в условиях собственного полного господства в воздухе. Причем для Израиля это, на самом деле, стало определенной проблемой. Именно увлечение американскими концепциями «бесконтактной», чисто воздушной войны привели к эрозии ранее безупречного боевого духа ЦАХАЛ. Из-за этого на суше у евреев стали возникать проблемы даже с палестинцами и «Хезболлой». А сирийская армия всё-таки посильнее тех и других. Соответственно, даже если Израиль решится на крупномасштабную военную кампанию в Сирии, крайне маловероятно, что «Меркавы» пойдут на Дамаск. ЦАХАЛ постарается ограничиться чисто воздушной войной. Тем более что здесь превосходство Израиля является подавляющим.

ВВС Израиля имеют на вооружении около 60 истребителей F-15A/B/C/D, 25 ударных F-15I, не менее 220 F-16C/D/I, а также 12 истребителей 5-го поколения F-35А. На хранении имеется еще более 100 F-15А/В и F-16А/В, более сотни «Фантомов», несколько десятков «Кфиров», до сотни «Скайхоков», которые, впрочем, вряд ли понадобятся. К этому добавляются 45 ударных вертолетов АН-64А/D «Апач» и примерно 30 АН-1 «Кобра», а также неопределенное количество (счет явно идет на сотни) тактических ракет наземного базирования «Лора», «Экстра», «Спайк»-NLOS и др.

Наземная ПВО Израиля включает собственные системы ПРО «Эрроу» (3 батареи) и «Железный купол» (10 батарей), американскую ЗРС «Пэтриот» (7 батарей), старый американский ЗРК «Усовершенствованный Хок» (до 17 батарей), а также сотни средств ПВО малой дальности (ПЗРК «Стингер», ЗСУ, зенитных орудий).

У Сирии очень относительно современными можно считать полтора десятка бомбардировщиков Су-24 и до 45 истребителей МиГ-29, но и они выпущены в конце 80-х. Формально, видимо, в ВВС числится несколько сотен штурмовиков Су-22, истребителей МиГ-21, истребителей-бомбардировщиков МиГ-23, перехватчиков МиГ-25, как бы штурмовиков L-39Z. Сколько из них находится в летном состоянии – сказать крайне сложно. Главное в том, что всё это – самолеты 60-х – 70-х гг., ровесники тех самых «Скайхоков», «Кфиров» и «Фантомов», которые у Израиля находятся на глубоком хранении без особых перспектив на возвращения в строй даже в случае большой войны. Вполне естественно, что в отражении последних израильских налетов участвовала только наземная ПВО Сирии, даже МиГ-29 в воздух не поднимались. Если в наземном бою и Т-55 еще может кого-нибудь подбить (хотя бы «Ахзарит», который представляет собой тот же Т-55, только без башни), то в воздушном бою МиГ-21 и МиГ-23 окажутся для еврейских летчиков просто воздушными мишенями, независимо от своего количества.

У Сирии имеется до 80 боевых вертолетов Ми-24 и французских SA342L, но они даже теоретически могут пригодиться лишь в случае вторжения в страну израильских сухопутных войск, в чисто воздушной войне они будут бесполезны.

Вся надежда Сирии, соответственно – на наземную ПВО. Формально она до сих пор весьма велика, но, увы, тоже очень устарела. Количество дивизионов советских ЗРК С-75, С-125, С-200, «Квадрат» может превышать сотню, но, мягко говоря, не все они боеспособны. То же можно сказать про ЗРК малой дальности («Стрела-1», «Стрела-10», «Оса») и ЗСУ «Шилка», коих насчитывается несколько сотен. Также имеется не менее тысячи различных ПЗРК. Реальную боевую ценность представляют три или четыре дивизиона ЗРК «Бук» и 35 ЗРПК «Панцирь-С1». Но этого просто слишком мало. Если Израиль начнет воевать всерьез, то сирийскую наземную ПВО он будет давить ракетами «воздух – поверхность» и «поверхность – поверхность» до полного ее истощения, после чего израильские самолеты смогут летать над Сирией практически свободно, потери в самолетах даже в худшем для Израиля случае будут единичными. В феврале 2018 г. евреи, откровенно говоря, несколько зарвались, поэтому и нарвались, больше такого, скорее всего, не повторится.  

На море превосходство Израиля над Сирией является не менее подавляющим, чем в воздухе, но это вряд ли окажет существенное влияние на ход боевых действий.

Зато такое влияние может оказать российская группировка, размещенная на северо-западе Сирии. Подавить наземную ПВО ВВБ Хмеймим будет уже совсем не так просто, как ПВО Сирии, поскольку здесь размещены новейшие ЗРС и ЗРК. Россия, в отличие от Сирии, имеет очень эффективные средства РЭБ, а истребители Су-35С на порядок лучше по своим ТТХ сирийских МиГ-29 ранних модификаций (с МиГ-21 или МиГ-23 просто нет смысла сравнивать). Правда, российские летчики не имеют опыта воздушных боев, но это же относится и к израильским летчикам (последний раз воздушные бои ВВС Израиля вели в том же 1982 г., никого из тех летчиков в строю уже, конечно, нет). Правда, сейчас Су-35С в Сирии всего несколько штук, но и они могут нанести потери израильской авиации, к тому же из России можно будет быстро подогнать дополнительные истребители (не только Су-35С, но также Су-30СМ и Су-27СМ3).

Разумеется, израильтяне первыми по российской группировке наносить удары не будут. Но Россия, философски наблюдающая за ограниченными единичными ударами евреев по сирийским объектам, может «передумать» в случае массированных ударов, которые поставят под сомнение результаты участия Москвы в сирийской кампании (тем более – в свете трагедии с Ил-20). Конечно, российские ВВС и ВМС первыми не станут наносить удары по территории самого Израиля, но могут включиться в ПВО Сирии. И тогда потери ВВС Израиля уже не будут единичными, соответственно, определенное число израильских летчиков окажется в сирийском плену, а к таким вещам израильское общество относится крайне болезненно. Кроме того, возникнут чрезвычайно неприятные для обеих сторон политические последствия: возможность втягивания в войну США на стороне Израиля (что крайне нежелательно для России и Сирии) и создания тесного военного союза Москвы и Тегерана (что совершенно неприемлемо для Израиля и США).

Весьма своеобразную ситуацию создает «скоропостижное» получение Сирией от России трехдивизионного полка (по 8 ПУ в дивизионе) ЗРС С-300ПМ. По этому поводу уже прозвучали комментарии в диапазоне от «теперь небо Сирии надежно прикрыто от израильских ударов» до «появление С-300 никак не повлияет на действия ВВС Израиля». Истина, разумеется, как обычно, лежит посередине. Для Израиля крайне важно показать, что С-300 его не волнует и его авиация как летала, так и будет летать в сирийском небе. Строго говоря, израильтяне могут подавить «трехсотку» вышеописанным незатейливым способом истощения боекомплекта с последующим ударом по пустым ПУ и другим элементам ЗРС. Но это потребует уже совсем другого наряда сил, чем предыдущие налеты. Если же Сирия с помощью России примени современные средства РЭБ, то значительная часть израильских ракет может промахнуться именно по этой причине, тратить на них ЗУР не понадобится, а тогда истощение боекомплекта может раньше случиться у Израиля, чем у Сирии. Израиль может попробовать задействовать против С-300 «невидимки» F-35, но если вдруг хотя бы один такой самолет будет сбит, это вызовет острейший внутренний кризис в самом Израиле и в его отношениях с США (потому что это будет дискредитация новейшего американского самолета). Если же Израиль сможет нанести хотя бы частично успешный удар по самой С-300 и/или по объектам под ее прикрытием, это дискредитирует уже данную ЗРС, да и российскую систему ПВО в целом, из-за чего Россия очень сильно обидится на Израиль. Кроме того, довольно долгое время в кабинах «трехсотки» рядом с сирийскими военнослужащими будут сидеть российские, т.е. израильский удар может привести к их гибели. На что Москва обидится еще сильнее. Как минимум, в этом случае будет задействован описанный выше сценарий совместной работы сирийской и российской ПВО. Т.е. складывается ситуация, когда для Израиля военный успех и военная неудача практически не отличаются друг от друга, поскольку приводят к общему военно-политическому поражению.

Понимание данных обстоятельств будет сильным сдерживающим фактором для всех сторон потенциального конфликта. Скорее всего, Израиль и дальше будет продолжать наносить единичные удары по иранским силам в Сирии на максимальном удалении от позиций «трехсотки» и при этом убеждать Россию добиться вывода этих сил из Сирии вообще. Москва отнюдь не против ограничения влияния Тегерана в Сирии, но полный разрыв с ним для нее невозможен (по крайней мере, до окончания войны). Вероятность продолжения таких «качелей» пока кажется гораздо более высокой, чем пятая сирийско-израильская война.

Александр Храмчихин,
заместитель директора
Института политического и военного анализа

15 октября 2018 17:49 480
0
0