Ближний Восток и Северная Африка
Ближний Восток и Северная Африка
Главная / Военная аналитика / Геополитика / Ближний Восток и Северная Африка / Странности ближневосточного «треугольника»
Странности ближневосточного «треугольника»

В связи с заметным сокращением американского присутствия на Ближнем и Среднем Востоке геополитическая ситуация в этом регионе во всё большей степени зависит от трех государств – Саудовской Аравии, Израиля и Ирана. При этом совершенно очевидно, что эта ситуация очень важна для России. Как минимум потому, что именно из этого региона исходит основная террористическая угроза. Стоит за этой угрозой, как раз, одна из трех основных стран Ближнего Востока.

Саудовская Аравия является наиболее влиятельным государством не только арабского, но и всего исламского мира, поскольку именно на ее территории зародился ислам и именно здесь находятся основные исламские святыни – Мекка и Медина. Влияние Саудовской Аравии значительно усиливается благодаря наличию гигантских запасов нефти и газа и, соответственно, огромных финансовых ресурсов.

Саудовская Аравия - единственная в мире страна, где официальной религией является ваххабитская (салафитская) ветвь суннитского ислама, что, наряду с формой государственного устройства (абсолютная монархия) делает ее самым тоталитарным государством в мире.

Одновременно она является основным организатором и спонсором всего исламского суннитского терроризма в мире. Это не мешает ей считаться важнейшим стратегическим союзником Запада в целом и США в особенности. Впрочем, в последнее время быстро укрепляются связи Эр-Рияда с Пекином, который недавно сменил Вашингтон в роли основного покупателя саудовской нефти.

Эр-Рияд остается главным спонсором сирийской оппозиции, благодаря чему в ней доминирующее влияние стали играть исламские радикалы. Точно также именно ваххабитская империя зла продолжает стоять за спиной исламских боевиков на российском Северном Кавказе. В частности в ходе обеих чеченских войн она была главным финансистом и поставщиком оружия для местных боевиков. Сейчас аравийский ваххабизм начинает активно проникать в Поволжье, на Урал (в Татарстан и Башкирию), в Западную Сибирь (в первую очередь – в «нефтегазовые» Ямало-Ненецкий и Ханты-Мансийский автономные округа).

В связи с этим внутренняя и внешняя политика Москвы вызывает, мягко говоря, удивление. В частности, не имеет никаких объяснений тот факт, что в России до сих пор не запрещена ваххабитская форма ислама и нет запрета на деятельность исламских священнослужителей, получивших образование в Саудовской Аравии и других ближневосточных странах. Здесь налицо либо совершенно вопиющая некомпетентность, либо прямое предательство. То же можно сказать и про собственно российско-саудовские отношения, где налицо необъяснимые попытки Москвы заигрывать с Эр-Риядом и делать вид, что это нормальная страна, а не прямой и открытый враг. Совсем уж «за гранью добра и зла» находится регулярное серьезное обсуждение возможности продать прямому открытому врагу новейшее оружие (например, танки Т-90С и даже ЗРС С-400!).

Найти вразумительные объяснения подобному положению дел сложно. Самым вероятным объяснением, увы, является самое простое – саудиты здесь просто кому-то очень хорошо платят. Собственно, хорошо известно, что главной питательной средой внутрироссийского терроризма является коррупция. Возможно, не только низовая. Не исключено также, что в Москве вообще считается «неправильным» критиковать тоталитарные режимы.

Израиль с момента своего образования в 1947 году находится во враждебном окружении арабских государств, с которыми воевал 7 раз, не считая перманентной войны против палестинцев на собственной территории. С подавляющим большинством исламских стран он до сих пор не имеет дипломатических отношений, продолжая находиться в постоянном ожидании войны со всеми окружающими странами. Впрочем, у окружающих стран давно исчезло желание воевать с Израилем, чьи ВС входят в пятерку сильнейших в мире.

На отношения России с Израилем накладываются, с одной стороны, многочисленные конспирологические версии о «всемирном сионистском заговоре», с другой – многочисленные связи со страной, где «на четверть бывший наш народ», а партии, выражающие интересы русскоязычных граждан, уже получают места в Кнессете.

Если же абстрагироваться от этой «лирики» и перейти к геополитической реальности, то нынешнее влияние Израиля на ближневосточную ситуацию достаточно противоречиво.

С одной стороны, Израиль является очевидным союзником России в деле борьбы с исламским терроризмом. Тель-Авив всегда безоговорочно поддерживал все действия Москвы в Чечне и вообще на Северном Кавказе. Интересно, что он также полностью поддерживал действия руководства Югославии по борьбе с косовскими сепаратистами и выступил резко против агрессии НАТО против Югославии в 1999 г., полностью солидаризировавшись с Москвой. Израильский опыт борьбы с терроризмом представляет огромный интерес для российских военных и спецслужб.

С другой стороны, антииранская паранойя Израиля начинает создавать проблемы именно в плане борьбы с терроризмом. И масштабы, и опасность суннитского терроризма, финансируемого арабскими монархиями во главе с Саудовской Аравией, на порядок выше масштабов и опасности шиитского терроризма в лице местечковой ливанской «Хезболлы», финансируемой Ираном. Воспринимать всерьез ядерную угрозу со стороны Ирана всё же сложно. Не говоря уже о том, что Тель-Авив совершенно заврался насчет иранских планов и возможностей (исходя из многочисленных многолетних заявлений израильских официальных лиц, Тегеран должен был создать ядерное оружие уже лет 10 назад), не из чего не следует, что иранские лидеры – самоубийцы.

Понять причины антииранской паранойи евреев сложно. Видимо, коллективные психозы малых наций требуют большого отдельного исследования. И крайне сомнительно, что Москва сможет в чем-то израильтян переубедить. Тем более, у нас своей паранойи не меньше, чем у евреев. Тем не менее, факт налицо – на основании этой самой ненависти к Ирану Тель-Авив сошелся с казалось бы непримиримым противником – ваххабитским Эр-Риядом. Речь идет уже о совместной военной операции ВС Израиля и Саудовской Аравии против Ирана или, как минимум, о беспрепятственном пропуске израильских самолетов через саудовское воздушное пространство. Более того, обе стороны даже готовы игнорировать мнение Вашингтона, который сейчас совершенно не готов воевать с Ираном.

Что касается самого Ирана, то в российском общественном сознании эта страна чрезвычайно мифологизирована. С одной стороны, достаточно силен американско-израильский мир об Иране как некоем тоталитарном чудовище, оплоте исламского терроризма. На самом же деле Иран - одна из самых демократических стран исламского мира, где проходят совершенно реальные выборы. В частности, все три последних президента Ирана (Хатами, Ахмадинеджад, Рухани) выигрывали свои первые выборы вопреки всем прогнозам аналитиков. Положение женщин в Иране гораздо лучше, чем в подавляющем большинстве арабских стран. Сравнение же Ирана с Саудовской Аравией в плане демократии просто невозможно, на ее фоне Иран – почти Швейцария. И, наконец, «Аль-Каида» традиционно является одним из главных противников Ирана (хотя бы потому, что она суннитская, а Иран – шиитский).

В противовес этому мифу в России родился миф об Иране как нашем «традиционном союзнике». На самом деле, Иран не был нашим союзником ни единой секунды. Российская империя воевала с Персией не менее 6 раз, причем войны были очень тяжелыми и затяжными. В 1941 году СССР и Великобритания совместно оккупировали Иран, поскольку он занимал откровенно прогерманскую позицию. Послевоенный шахский Иран был одним из ближайших союзников США и Великобритании, т.е. никак не мог быть союзником СССР. После свержения шаха аятолла Хомейни провозгласил США «большим Сатаной», а СССР – «малым Сатаной». Тегеран активно поддерживал афганских душманов во время «нашей» афганской войны.

Впервые в истории нашим фактическим союзником Иран стал около 20 лет назад, в конце 90-х. Это был союз по принципу общности противника, т.е. афганских талибов. Именно Россия и Иран помогли устоять афганскому «Северному альянсу», который осенью 2001 года был успешно «приватизировали» США, не сказав «спасибо» ни Москве, ни Тегерану.

И сейчас Иран остается нам ситуативным союзником по тому же принципу: он сдерживает арабские монархии и финансируемый ими суннитский терроризм. В частности, Москва и Тегеран выступают единым фронтом в поддержке сирийского президента Асада. Собственно, никто, кроме России и Ирана, практической поддержки Асаду не оказывает. А нынешняя сирийская гражданская война имеет очень большое влияние на всю региональную ситуацию. Допустить победу в этой стране суннитских радикалов мы не можем себе позволить.

Поэтому Москва совершенно не обязана слушать израильско-саудовско-американские истерики по поводу Ирана. В частности, мы переживем даже появление у него ядерного оружия, если до этого всё же дойдет дело. Во-первых, ядерный потенциал Ирана никогда не будет даже отдаленно качественно и количественно сопоставим с российским. Во-вторых, руководители Ирана совершенно не являются иррациональными самоубийцами. Суицидальный терроризм придумали сунниты, а не шииты. А иранские ракеты будут нацелены не на Москву и не на Волгоград, а на Эр-Рияд. Что для нас будет очень выгодно.

Александр Храмчихин,
заместитель директора 
Института политического и военного анализа
17 марта 2014 14:40 1548
3
0

КОММЕНТАРИИ:

Комментарии могут оставлять только авторизованные пользователи