Войны Российской империи
Она служила ординарцем у Кутузова

«С неизъяснимым участием, прочли мы признания женщины, столь необыкновенной; с изумлением увидели, что нежные пальчики, некогда сжимавшие окровавленную рукоять уланской сабли, владеют и пером быстрым, живописным и пламенным»

А.С. Пушкин

Надежда Андреевна Дурова – человек уникальной судьбы, первая русская женщина – офицер и единственная – георгиевский кавалер. Если посмотреть со стороны вся жизнь Надежды Андреевны Дуровой развивалась по канонам романтической литературы. Думаю, что многие помнят Шурочку Азарову из знаменитого фильма «Гусарская баллада», снятого по героической комедии в стихах «давным-давно» видного русского драматурга Александра Константиновича Гладкова. Судьба ее исторического прототипа разнообразна событиями, полна страданий, в отличие от судьбы литературного персонажа. Н.А. Дурова, успешно сочетала талант профессионального военного с дарованиями литератора, но всю жизнь страдала от неопределенности и двусмысленности своего положения в обществе. Женщина, ощущавшая себя мужчиной, да еще бросившая ребенка и ушедшая в солдаты, могла вызвать у окружающих или чувство осуждения (особенно в то время) или жгучее любопытство к необычному феномену природы. Все это привело к непониманию людей, вполне благожелательно относящихся к первой женщине – офицеру в русской армии, видимо отсюда одинокая бедная старость человека, имевшего столько заслуг перед отечеством.

17 сентября 1783 года в доме командира эскадрона Ахтырского гусарского полка, ротмистра Андрея Васильевича Дурова появляется на свет первенец. Мать, сильно желавшая, сына неприязненно относится к дочери, постоянно унижает ее. В своих воспоминаниях Надежда пишет: «Подайте мне дитя мое!» – сказала мать моя, как только оправилась несколько от боли и страха. Дитя принесли и положили ей на колени. Но, увы! Это не сын, прекрасный, как амур! Это дочь, и дочь богатырь!! Я была необыкновенной величины, имела густые черные волосы и громко кричала. Мать толкнула меня с коленей и отвернулась к стене». Появление двух сестер и брата Василия еще более отдаляют мать от старшей дочери. Психологическая травма усугубляется тем, что впервые годы жизни фактически воспитателем Надежды являлся фланговый гусар Астахов, обучавший ребенка навыкам армейской науки и относившийся к ней как к мальчику. «Седло, – говорит Дурова, – было моею первою колыбелью; лошадь, оружие и полковая музыка – первыми детскими игрушками и забавами». По достижению зрелого возраста, отец подарил ей черкесского коня Алкида, езда на котором скоро стала ее любимым занятием. Надежда считала свою долю несчастной. Вот что она пишет в своих воспоминаниях: «Может быть, я и забыла бы, наконец, все свои гусарские замашки и сделалась бы обыкновенною девицею, если б мать моя не представляла в самом безотрадном виде участь женщины. Она говорила мне, что женщина должна родиться, жить и умереть в рабстве, что вечная неволя, тягостная зависимость есть доля ее, что она лишена всех совершенств и не способна ни к чему». По характеру Н.А. Дурова от природы обладала возбужденно-восторженным характером, отличалась редкой душевной добротой. Насколько сердечно относилась Надежда Андреевна к людям и животным, показывает ее образ жизни по выходе в отставку. В Елабуге местные жители, пользуясь ее добротой, обращались к ней со всевозможными просьбами и жалобами.

В 1789 году Отец Надежды оставляет службу и получает должность городничего в городе Сарапуле. В октябре 1801 года он выдает свою старшую дочь за председателя Сарапульского нижнего земского суда В.С. Чернова. В 1803 году она родила сына Ивана, но власть мужа так же, как и матери были одиноко невыносимы для нее. Обстановка в доме становилась все тягостнее, и Надежда пишет в воспоминаниях: «Я решилась, хотя бы это стоило мне жизни, отделаться от пола, находящегося, как я думала, под проклятием божьим». Вскоре она покидает ребенка и мужа. 

17 сентября 1806 года, переодевшись в мужское платье, Надежда присоединяется к казачьему полку, что послужило поводом для появления легенды о романе с есаулом, под видом денщика, которого она отправила на театр военных действий. В марте 1807 года в городе Гродно под именем дворянина Александра Васильевича Соколова поступила рядовым в польский уланский полк. Она героически сражалась на полях сражений при Гутштадте, Гейльсберге, Фридлянде. За спасение от гибели офицера была награждена Георгиевским крестом, произведена в корнеты.

Аудиенция у Александра I

Надежду Андреевну пожелал видеть император Александр I. Со специальным курьером она была направлена в Петербург, где 31 декабря 1807 года удостоилась высочайшей аудиенции у самого императора. Позже Н.А.  Дурова вспоминала, как это было: «Государь подошел ко мне, взял за руку и спросил вполголоса и с таким выражением милости, что вся моя робость исчезла. Я слышал, – сказал государь, – что вы не мужчина, правда ли это? Я не вдруг собралась с духом сказать: «Да ваше величество, правда!» С минуту стояла я, потупив глаза, и молчала; сердце мое сильно билось, и рука дрожала в руке царевой! Наконец, подняв глаза на него и сказывая свой ответ, я увидела, что государь краснеет; вмиг покраснела я сама. Расспросив подробно обо всем, что было причиною вступления моего в службу, государь много хвалил мою неустрашимость, говорил, что это первый пример в России; что все мои начальники отозвались обо мне с великими похвалами, называя храбрость мою беспримерною; что ему очень приятно этому верить и что он желает сообразно этому наградить меня и возвратить с честью в дом отцовский. При слове «возвратить в дом», я вскрикнула от ужаса и в ту же минуту упала к ногам государя: «не отсылайте меня домой, ваше величество!» – говорила я голосом отчаяния, – не отсылайте! Я умру там! Непременно умру! Не заставляйте меня сожалеть, что не нашлось ни одной пули для меня в эту компанию! Не отнимайте у меня жизни государь! Я добровольно хотела ею пожертвовать для вас! «Чего же вы хотите?» – «Быть воином! Носить мундир. Оружие! Это единственная награда, которую вы можете дать мне, государь! Я родилась в лагере! Трубный звук был колыбельной песнею для меня! Со дня рождения люблю я военное звание; с десяти лет обдумывала средства вступить в него; в шестнадцать достигла цели своей – одна без всякой помощи! На славном посте своем поддерживалась одним только своим мужеством, не имея ни от кого, ни протекции, ни пособия. Все согласно признали, что я достойно носила оружие! А теперь, ваше величество, хотите отослать меня домой! Если б я предвидела такой конец, то ничего не помешало б мне найти славную смерть в рядах воинов ваших!» Государь слушал меня и тщетно старался скрыть, сколько он был растроган. Когда я перестала говорить, государь минуты две оставался как будто в нерешимости; наконец лицо его осветилось: «Если вы полагаете, – сказал император, – что одно только позволение носит мундир и оружие может быть вашею наградою, то вы будете иметь ее! И будете называться по моему имени – Александровым!».

Император лично вручил Надежде Дуровой Георгиевский крест №6723 за спасение от гибели офицера, произвел ее в корнеты и разрешил ей остаться в армии и приказал под именем Александра Александровича перевести ее в аристократический Мариупольский гусарский полк. Через три года она перевелась в литовский уланский полк – то ли из-за романтической истории о влюбившейся в нее дочери полковника, то ли по прозаической причине-дороговизне жизни гусарских офицеров.

Бюст Н.А. Дуровой

В Бородинской битве подпоручик Александров получает контузию. После оставления Москвы Надежда Андреевна уже служила ординарцем у М.И. Кутузова, который считал ее мужественным, неустрашимым офицером. Но служить здесь ей было нелегко. Ее посылали по нескольку раз в день с различными поручениями. Герой отечественной войны 1812 года прославленный военачальник П. П. Коновницын вспоминал, что поручик, будучи у него ординарцем под Смоленском, оказался отличнейшим из всех бывших при нем офицеров. Поэтому с первого же дня ему не было покоя. Куда только нужно было срочно послать, Коновницын кричал: « Уланского ординарца ко мне!». И бедный ординарец носился как ветер. Между тем Дурова страдала от нестерпимой боли в ноге, ее мучила лихорадка. По рассказу А.И. Оськина однажды М.И. Кутузов велел позвать к нему поручика Александрова. Как только Дурова вошла к нему, Кутузов спросил: «Где спокойнее у меня или в полку? Что твоя нога»? Дурова решила сказать правду, что нога ее болит по-прежнему, что от этого ее ежедневно бьет лихорадка, и она еле может держаться на лошади.

Главнокомандующий предоставляет ей отпуск для лечения со словами: «Вот твоя подорожная и деньги на прогоны туда и обратно, если в чем будешь нуждаться – пиши прямо ко мне, я сделаю все, что от меня будет, зависит». До мая 1813 года она находится в отпуске в Сарапуле. После выздоровления она вернулась в строй. В боях за освобождение Германии Дурова отличилась при осадах Гамбурга и крепости Модлин. В 1816 году по просьбе отца она выходит в отставку в чине штабс-ротмистра и поселяется в Сарапуле, где ее брат Василий стал городничим.

Литературная деятельность

В непродолжительной литературной жизни Надежды Андреевны Дуровой, великий русский поэт и писатель А.С. Пушкин сыграл едва ли не решающую роль. Он, по достоинству оценил ее литературные дарования, тонкую наблюдательность, понимание природы, образность и живость языка. Жизненный путь Н.А. Дуровой с А.С. Пушкинским пересекся не совсем обычным образом. Еще в 1829 году, вовремя путешествия поэт познакомился с братом Надежды Андреевны – Василием, Сарапульским городничим.

Через несколько лет он написал А.С. Пушкину письмо, что сестрица его написала воспоминания и желала бы их издать. Александр Сергеевич написал ответное письмо следующего содержания: «Если автор «Записок» согласится поручить их мне, то с охотой берусь хлопотать об их издании». В 1836 году в «Современнике» появился отрывок из записок девицы-кавалериста. Не говоря уже о странности такого явления, литературное достоинство этих записок было так высоко, что некоторые приняли их за мистификацию со стороны Пушкина. Публикации помогли Н.А. Дуровой и в другом не мало важном вопросе, вот что она писала: «До издания Записок моих существование мое считалось для многих мифом, а другие полагали, что я не выдержала, трудной компании 12-го года и умерла. В последнем уверял меня очень важный и сановитый господин, сидевший рядом со мной в филармоническом зале, где давали концерт».

Истина и искренность, эти два качества будут всегда наполнять произведения Н.А. Дуровой, каждое оставило свой след в литературе 30-40 годов XIX-го столетия. Известный русский литературный критик Виссарион Григорьевич Белинский был, в восторге от записок Н.А.Дуровой он писал: «Кажется, сам Пушкин отдал ей свое прозаическое перо, и ему-то обязана она этой живописной увлекательностью своего рассказа, всегда полного, проникнутого какой-то скрытой мыслю». Из-под ее пера выходит целый ряд повестей и рассказов, которые печатаются в «Библиотеке для чтения», в «Отечественных записках», в журнале «Сто русских литераторов». В 1840 году вышло собрание сочинений надежды Дуровой в четырех томах. В самом расцвете творческой деятельности, к сожалению, по неизвестным причинам литературный труд Надежды Андреевны Дуровой все же обрывается.

Тем временем отставного штабс-ротмистра Александрова по рассказу очевидцев всюду принимали не только вежливо, но с особенным оттенком самой предупредительной внимательности, не только высшие сановники, но даже сами члены августейшего Семейства. Император Николай Павлович и великий князь Михаил Павлович подавали ему руку, чего удостаивались не все генералы. До самой смерти женщина – воин не рассталась с мужским платьем и говорила о себе в мужском роде. Последние двадцать лет своей жизни отставной штаб-ротмистр Дурова Надежда Андреевна провела в городе Елабуге, где она и скончалась 21 марта 1866 года в возрасте 83 лет. При погребении ей были отданы воинские почести. В наше время помнят и чтят память о первой русской женщине-офицере русской армии. В Елабуге функционирует Музей-усадьба Н.А. Дуровой, в городском парке сооружен ей памятник. 2 июня 2007 года в городе была проведена Выставка «Гусарская баллада. Надежда Дурова – участница битвы при Фридлянде», посвященная 200-летию этого исторического сражения. Битвы под Гутшдадтом и при Фридлянде стали первым боевым крещением, где принимала участие женщина-легенда под псевдонимом Александр Васильевич Соколов.

11 марта 2014 11:56 2408
1
0